Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

четверг, 31 декабря 2020 г.

Неповторимый уходящий


Такого уходящего у нас ещё не было. Ой, какого уходящего...

Казалось, уже ничем нас невозможно удивить. Но...

   Прошёл и этот. Он не вернётся, не вернётся никогда. Уж в этом-то мы абсолютно можем быть уверены.

   Но ведь и хорошего тоже было...если как следует задуматься, то и немало. Смотреть на свечи, разноцветные огоньки и задумываться.

   Я в этом 2020-м, оказывается, рассказов написала сто штук. Ничего себе. Стихов поменьше, но ведь время ещё есть, до полуночи.


И всякий, кто надеется и ждёт,

Вдруг оборвёт себя на полутосте:

Не проводить проклятый этот год,

А выставить за дверь незваным гостем.

В ночную глушь, в декабрьскую стынь,

Чтобы не портил нам весёлый ужин,

И подтолкнуть, и в спину крикнуть: "Сгинь!

Ты здесь не зван, не прошен и не нужен."

Хотим получше, нового, найти,

Мечтаем вдохновенно и капризно.

Но ведь и этот, сколько ни крути,

Всего лишь год неповторимой жизни.

Дорога от звезды и до звезды,

Он равно был наполнен тем и этим,

И в нём цвели вишнёвые сады,

Галдели птицы и рождались дети.

Так бесконечно древняя земля

Летит по предназначенному кругу,

Но всё оставить и начать с нуля

Не пожелаешь ни врагу, ни другу.

Закроется привычно старый счёт:

Что было, не указ тому, что будет.

И мы проводим наш проклятый год

Шампанским и салатами - как люди.

 

С Новым годом, друзья и читатели! Хорошее неизбежно.

воскресенье, 27 декабря 2020 г.

Большие холода


   После прошлой недозимы в городе и его окрестностях -44. Хорошо, что сейчас нет ямщиков, а то у нас тут кругом степи, некоторые из них глухие. В деревнях все хорошие хозяева заперли надёжно своих коней, а сами полезли на печку со словами: "Не морозь меня, моего коня" и затихли там. Забылись.

   Замерло всё, даже дым - ровно и мощно устремлённый в звонкое голубое небо. И в городе не лучше. Но наше население врасплох не застанешь. И -44 мы всегда имеем ввиду, держим в уме и генетической памяти. Почти у все на верней полке гардероба хранятся стратегические лыжные штаны - надёжные и непрошибаемые. Хранятся у нас шубы и дублёнки, и в совсем уж дальних сундуках, на самый крайний случай - ценные меховые ушанки.

   И вот настал этот крайний случай. На одинокой улице, подёрнутой молочной и морозной дымкой, редкая человеческая фигура только потому кажется неуклюжей, что у неё там внизу два свитера - один с процентом верблюда, другой с процентом кашемира. Впрочем, движется фигура довольно прытко, немного медленнее тех немногих машин, которые сегодня хозяин выгнал из дома.

   Воздух в такие дни измеряется кубометрами, твёрдо стоит на месте. Твёрдо, как осколок, стоит в лёгких каждый вдох. Если не замотаться предусмотрительно до глаз красным или клетчатым, очень длинным, шарфом.

   День, второй, третий... Кажется, что так было и так будет всегда в белом мире плотно населённых квартир и пустых улиц. Но как-то всё довольно быстро налаживается. До пустяковых -30, до курортных -20... А всё, что меньше, и зимой не считается. Хоть бы она и длилась в наших краях минимум половину года.




четверг, 24 декабря 2020 г.

Медвежий угол


   Когда медведи нашего города устают ходить по улицам, они садятся отдохнуть на скамейку, смахнув предварительно лапой свежий снег. Иногда остаются даже поработать праздничным персонажем, где-нибудь поближе к тортам и пирожным. Привлекают к себе добрые взгляды. Медведям в наших краях традиционно уделяют повышенное внимание. Медведю на праздничной скамейке - повышенное двойное. Он делает людей мягче. Наверное, поэтому он спокоен и свободен - не привязан верёвкой безопасности, не прикован цепью, не поставлен на сигнализацию, чтобы выло в случае чего. Впрочем, я допускаю мысль, что на ночь его уносят в укрытие. В маленькое тёплое помещение, где ещё не остыл запах кофе и пирожных с собой.

   И всю ночь за окном будет идти, будет сыпать, а потом валить бесконечный снег. И тёмным утром другого дня первый, кто сюда добрался, спросит у медведя, топоча ногами и стряхивая груды с плеч: "Может, сегодня не пойдёшь? Ты посмотри, что там творится, а днём обещают ещё больше."

   "Как же можно не пойти?" - не соглашается медведь. Он идёт и садится, предварительно смахнув лапой свежий снег со скамейки. И так сидит. Сидит и сидит, делая людей мягче - если кто вдруг зачерствел ненароком. Делая людей с собой. С большой праздничной скидкой, а то и вовсе в подарок.


Отправляю медведей к Людмиле Фёдоровне, для участия в игре "Зимний калейдоскоп"


понедельник, 21 декабря 2020 г.

"Ред" и "Голден"


   Кассир в супермаркете уточняет иногда, сверяясь со своим компьютерным меню:

 - Яблоки вы "Голден" взяли?

   Это если сквозь пакет желтеется. Неясно, пакет ведь матовый. А если краснеется, то спрашивает так:

 - Яблоки у вас "Ред"?

И я согласно киваю: совершенно верно, это вот "Голден", а там "Ред".

   Потом я иду домой, мою и кусаю крупное жёлтое, чувствую его несравненный тонкий аромат, удивительно живой в наше поддельное время. Я узнаю мягкий, интеллигентный вкус - за такую-то смешную цену (новогодняя акция) и думаю, что завтра надо будет ещё пойти и купить таких.

   Но завтра оказывается, что не одна я такая сметливая. Крупные жёлтые разобраны все, но средние ещё можно выбрать, и на кассе сказать продавцу неправду. Сказать: "Голден", как у него в компьютере. А на самом деле эти яблоки зовут "Грушовка". Верные спутники декабря, как и большие красные, а никакой не "Ред". Просто большие красные, с рассыпчатым, бархатным вкусом. Яблоко-царь посреди новогоднего сладкого подарка. Которое, прежде чем попробовать, нужно хорошенько вдохнуть - до его сердцевины и моего сердца.

   В самой глухой. предновогодней, желанной тьме они светились, как ёлочные шары, и были такие же таинственные. "Грушовка" и просто большие красные. Они добрались к нам сквозь все вьюги, через все великие снега. И мы того никогда не забудем.

   Удивительно, сколько толпилось в той уютной тьме всевозможных ароматов. Яблочный, мандариновый, симфонический конфетный... Самые важные конфеты были одеты изысканно и тщательно: сверху - доспехи с именем рода и фамильным гербом: "Мишка на Севере", "Гулливер", "Красная шапочка"... Затем непременно следовала серебряная рубашка, и, наконец, совсем уж утончённое исподнее - полупрозрачная трепетная калька. Распечатать такую конфету - приключение, упаковать - мастерство. Роскошь настоящего вкуса.

   У каждой конфеты был свой вкус и запах. Свой запах был у нечаянно разбитой ёлочной игрушки, в которой ещё секунду назад так смешно и нелепо отразилось моё счастливое лицо. Свой запах у белейшего, очень осторожно надетого платья снежинки. У только что склеенной бумажной цепи. У заранее оторванного в календаре последнего вторника года. У свечного дыма, когда всё погасло. У ёлочной мишуры, которая поблёскивала во тьме отражённым светом, а сейчас щёлкает по носу разрядом статического электричества.

   И яблок, конечно, яблок. Которые и теперь яблоки, хоть и лежат на полках под другим именем. И тем, кто их узнал, подмигивают заговорщицки: не выдавай. И я обещаю: тайну не выдам. И говорю на кассе:

 - Да, вот то я взяла "Голден". А там "Ред".

 


среда, 16 декабря 2020 г.

Снежный шар


   На выходные Игоряну задали снежный шар. То есть не совсем задали. Шар нужен для новогоднего марафона, который проходит в классе. За шар можно получить наклейку-медаль, а перед каникулами все заработанные наклейки обменять на подарок. 

   Если снежный шар задан на выходные, по подтекст очевиден: совместное творчество, которое, как известно, сплачивает и пробуждает скрытые резервы. А я так давно не творила ничего новогоднего, что прямо захотелось воспользоваться случаем и поучаствовать в шаре. Подумать, как бы сделать так, чтобы он получился максимально снежным.

А не замахнуться ли нам на папье-маше?

   Я позвонила подруге детства, которая славится своими папье-маше с давних времён. Ещё в школьные годы она творила из папье-маше целые сказочные композиции для детского сада, которым заведовала её мама: там и реки текли молочные в кисельных берегах, и колобки катались, и репу дед посадил. А детский сад уверенно держал первое место в смотрах на лучшее оформление интерьера.

   Когда собственные дети моей подруги учились в начальной школе, все декабри проходили у неё под знаком папье-маше: изготавливались немыслимой красоты звери на конкурс игрушек для городской ёлки. Уж не знаю, что там был за регламент, а только петух с хвостом из мишуры потом определённо был замечен в кабинете начальницы районо - как украшение. И молодец начальница, что сохранила, не пустила на городскую ёлку, на мороз и ветер произведение искусства.

   Вспомнив, какая была у того петуха идеально круглая голова, я позвонила и как можно подробнее расспросила про шар.

   Итак. Сначала надуваем до желаемого размера простой воздушный шарик. Затем тщательно обклеиваем его первым слоем мелко порезанными, смоченными в воде кусочками газеты. После чего немедленно приступаем ко второму слою - так же газета, но кладём её уже не на воду, а на клейстер (мы попробовали на клей ПВА, тоже хорошо). Клеить нужно на совесть, без просветов, хоть сначала будет казаться, что работе нет конца , что площадь даже самого маленького шара огромна. Но если отрешиться и поймать ритм, можно испытать даже что-то вроде просветления. Нужно испытать, потому что впереди ещё третий слой, на этот раз из белой бумаги (чтобы удобно было потом раскрашивать белой гуашью под снежное).

пятница, 11 декабря 2020 г.

Этажи и падежи


   Главная проблема даже не в том, что уроки русского становятся всё сложнее, что изучение падежей предсказуемо оказалось темой весьма непростой. Проблема в том, что мне всё труднее внятно и аргументированно объяснить ребёнку, почему и зачем ему всё это нужно. А ведь он уже задумывается.

  Мы в своё время не задумывались. Ставили крестик над главным словом, тянули вопрос к зависимому. Как зачем? Вырасту, выучусь, стану умненькой, благоразумненькой, куплю папе Карло тысячу новых курток... Сейчас всё не так просто. Будешь хорошо тянуть вопрос - успешно сдашь ЕГЭ.

   Ну, хорошо. Я сдам ЕГЭ на сто баллов. Дальше что? А дальше бездна, на дне которой клубится туман. А если совсем по-простому (тем более что до ЕГЭ Игоряну ещё как до Луны) - почему хорошо быть грамотным? Ради чего? В чём польза? Какие преимущества мне это даст?

   Мне гораздо легче объяснить ребёнку, зачем нужно учить английский. Да там и без объяснений всё понятно. А вот с родным русским...

   Потому что это некультурно - сказала я. Быть безграмотным - некультурно. Как чавкать во время еды, класть ноги на стол, бегать в музее и не выключать телефон в театре. Это некрасиво, как ныть, хамить и ходить с грязными ногтями. И я тут ничего не придумываю, я действительно так считаю. Почему неопрятная одежда - это фу, а неопрятное письмо - норма жизни?

   Поэтому падежи - учим! Тем более что в курсе русского языка это одна из важнейших транспортных развязок. Если не будешь знать правил, покатишься под откос. Но даже если ты, весь в поту от стресса, будешь контролировать светофоры и кое-как выученные дорожные знаки, неумело парковаться и со страхом думать, как же потом отсюда выехать - это ещё не знание. Знание - это когда ведёшь машину красиво и уверенно, делаешь всё точно и бессознательно.

   У меня есть для детей плохая новость (а для многих это действительно новость, даже глубоко после начальной школы): чтобы получить результат, нужно потрудиться. В буквальном смысле, напрячься. Когда стало сложно - напрячься. И тогда есть шанс выйти на следующий уровень.

   Но сейчас ведь всё стало легко: переходи в один клик; больше картинок, меньше текста; весь Древний Рим за полчаса; английский за десять уроков...

   Правда, я  до сих пор так и не встретила ни одного человека, который выучил бы английский за десять уроков. Зато знаю много таких, кто и за десять лет не приблизился к живому разговорному ни на шаг.

вторник, 8 декабря 2020 г.

Навсегда милое сочетание


   Есть такие сочетания слов, которые будят воспоминания исключительно приятные. Никак не связанные с событиями, просто навсегда милые.

   "Зубной порошок" как раз из таких. Увидеть его в толпе паст необычно - как встретить старого и доброго, из другой совершенно жизни, знакомого. Которого не видела с тех самых пор, и вдруг колокольчик огласил.

   Тут воспоминания ещё милее, ещё древнее. Тут легенда утверждает, что Пушкин выскочил из избы на мороз встречать друга своего Пущина не только в одной лишь ночной рубашке, но и с полностью чёрным ртом. Потому что в этот момент чистил зубы, как водилось тогда, толчёным углем. И вдруг - друг. Мочи нет. Прямо так и выскочил, восторженный, счастливый.

   Можно ли после этого не купить порошок с чёрным углем? И с белым уж заодно. Вдруг и ко мне приедут с колокольчиком? В мою ссылку. И там, и здесь написано, что чудодейственно уже после первого применения. И в это даже хочется верить. Потому что сочетание милое.

   Зубной порошок... Я, конечно, помню не такой, не с углем и в готовом виде (выдавливается из тюбика, как паста). Я помню порошок изначальный, простой. Как будто привезли из карьера мел, измельчили в ступе и расфасовали, слегка присыпав чем-то мятным, в круглые картонные коробочки. Прикрыли крышками с нарисованным ребёнком - румяным и ослепительно белозубым. Если мальчик любит мыло и зубной порошок, этот мальчик очень милый, поступает хорошо.

   Вот и всё. По одиннадцати, если не ошибаюсь, копеек за коробку.

пятница, 4 декабря 2020 г.

"Книга чудомищ"


   Пути распределения товаров неисповедимы, и в самых затрапезных магазинах порой встречаются вещи странные и явно залётные. Например, знаю точно, что в "Фикс-прайсе" можно, если повезёт, набрести на очень неплохую книгу, хотя казалось бы... Но факт есть факт. И я не удивилась, когда в толпе пучеглазых раскрасок и добрых историй про зверюшек мелькнула обложка явно из другого мира.

   Имя Анны Никольской мне знакомо давно, но без присутствия в моей домашней библиотеке. А тут я вдруг поняла, что хочу купить. Домашние чудовища! Игоряну точно понравится. Для самостоятельного чтения в его возрасте в самый раз.

   Но когда я открыла первую главу под названием "Телефондель", стало ясно: такое - только вслух. И мы читали. Мы не остановились до тех пор, пока не перевернули последнюю страницу. 

   "Надо отдать испугалту должное: с выдумкой у него всё в полном порядке. Например, недавно он так испугал одного мальчика, что тот три дня жил в шкафу. Мама носила ему туда еду, а папа через замочную скважину помогал делать уроки."

 - А в школу его тоже в шкафу возили? - спросил заинтересованный Игорян. - В нашем классе это выглядело бы эпично.

   Мы прочитали всю книгу, и теперь знали точно, какие именно чудовища живут в нашей квартире. Начиная непосредственно с телефонделя.                                                                                 

   "Маленький рост и лёгкий вес позволяют ему без труда разместиться в телефонной трубке со всеми удобствами. У него там даже диван стоит и есть холодильник". 

среда, 2 декабря 2020 г.

Первые холода

   Лицу, которое отвыкло, и минус пятнадцать мороз. Особенно если с ветром. Одновременно и соскучилась, и не очень-то приятно. Щёки, нос... Сейчас я как-то необычно и болезненно ощущаю своё лицо. Теперь же с ним никуда нельзя войти просто так, теперь лицо нужно привязать за поводок у входа в магазин, сказать лицу: "Жди!" И пока я делаю покупки, оно будет тосковать и тревожно заглядывать сквозь стеклянные двери: вернусь? не брошу? А рядом другие такие же привязанные лица ждут и мечутся, не подавая вида. Как распознать хозяина, если они там все одинаковые?

   Но все дождутся, и никто не забудет. И мы с лицом в эту зиму особенно дорожим друг другом. Особенно чувствуем мороз, даже если он всего лишь пятнадцатиградусный. Всего лишь первый. И сразу вечный. И сразу в полную силу включаются правила этого времени и места. Теперь нужно всегда держать в уме крыши, не забывая при этом правильно ставить ноги. В каждом из нас накопилось равновесия на двух акробатов вперёд. И это такой же надёжный, крепкий запас, как плотно набитые, уходящие за горизонт, банки с капустой и солёными огурцами.

   Самое время откупорить. Самое время густейших, основательных супов; сложносоставных, бывших праздничных, салатов,которых теперь просит не дата в календаре, а душа. И руки всегда готовы резать и резать эти мелкие кубики, укладывать и укладывать слои.

   И вот когда все кубики нарезаны, слои уложены и бульоны заправлены, можно подойти к окну и смотреть в эту большую морозную ночь, этот вплотную приблизившийся космос - родной, потому что там тоже пешком ходят медведи. И вдруг увидеть, что небо, впервые за много дней, ясное, и в нём вовсю зреет полнолуние. И нужно, а неимением сильного, приставить к глазам заслуженный театральный бинокль, и смотреть как пьесу, как раз и навсегда постановку эти кратеры и безводные моря в главной роли...

пятница, 27 ноября 2020 г.

Искать своих


   Любимый Тынянов. В детстве "Кюхля", в отрочестве и юности, разумеется, "Пушкин".

"Дядя огорчился.

 - В свете, друг мой, походка значит многое, если не всё. На тебя смотрят тысячи глаз, твой карьер может открыться или не открыться, а ты проходишь легко и свободно. В противном случае ты пропал.

И кособрюхий Василий Львович легко и свободно прошёл к двери."

   Сейчас уже не имеет значения, Тынянова возьму не глядя. А глядя - тем более возьму. Так я была очарована этой книгой, что захотелось немедленно увидеть её вживую и сначала просто полистать - настолько совпал художник Николай Васильевич Кузьмин с писателем Юрием Николаевичем Тыняновым. Срифмовались они накрепко. Нечасто доставляет книга настолько ясное и полное эстетическое наслаждение.

  "Как человек, император был приятно удивлён. Днём он особенно милостиво шутил, легко подписал государственный баланс, внезапно наградил орденом св. Екатерины кавалерственную даму Клейнмихель (родственница), и всё ему удавалось. Затем одумал будущий герб и некоторые мероприятия." 

 Как будто кофей со свежайшими сливками кушаешь. Привычно удивляясь тем временам, когда император лично обдумывал не только будущий герб и некоторые мероприятия, но решал проблемы и понасущнее.

   "Тут же он вдруг подумал о форме для кормилиц. И сам удивился: у кормилиц самых высших должностей не было никакой формы. Полный разброд, включая невозможные кофты-растопырки и косынки. Назавтра он сказал об том Клейнмихелю: пригласить художников, а те набросают проект. Клейнмихель распорядился быстро. Через два дня художники представили свои соображения.

   Головной прибор: кокошник, окаймляющий гладко причёсанные волосы и сзади стянутый бантом широкой ленты, висящей двумя концами как угодно низко. Сарафан с галунами. Рукава прошивные.

   Художники ручались, что дородная кормилица в этой форме широкими и вместе стройными массами корпуса поставит в тень кого угодно".


вторник, 24 ноября 2020 г.

Дружба вкусов


   Если в доме случайно остался какой-нибудь недоеденный рис, его можно оживить. Старое, доброе, забытое блюдо, которое неожиданно приходит на ум, а вместе с ним - и приятные воспоминания о тех временах, когда кухня пять квадратных метров была вполне себе помещением, и даже участвовала в прятках, а моё в ней место возле батареи казалось вечным. И никто его никогда не займёт, и в мире ничто не изменится. Никогда не закончится вечер пятницы-завтра субботы, и рис мой с яблоками на этот ужин. Удачное соединение двух неярко выраженных, нежных вкусов.

   Так и тянет написать, что рис был в ту пятницу до нашей эры куда более рисовым, а яблоки несравненно более яблочными. Да и пятница, если уж на то пошло, в сто раз пятничней нынешних. Но нет, всё было в точности, или очень близко к точности. Просто теперь моё место возле батареи кем-то очень занято.

   Не знаю, откуда взялся этот простой рецепт. Наверное, из "Книги о вкусной и здоровой пище". Иногда там встречались блюда, для которых не были нужны почти никакие продукты. Почему-то запомнился именно рис с яблоками - что мне его дают, и так будет всегда.

   Потом всё как-то закрутилось, замелькало, сорвалось с низкого старта и понеслось вдаль неуловимыми пятницами, стремительно переходящими во времена года. Я забросила  на много лет вспоминать и готовить рис с яблоками. Да и кто сейчас такое будет есть? Мои дети точно не будут.

   Ну, и что - дети? Не хотят, как хотят, мне больше достанется. Моей индивидуальной, многогранной, сложной, самостоятельной личности. А правда, почему я никогда не готовлю этот рис? Особенно если под рукой есть какой-нибудь недоеденный.

   Сейчас мне уже не у кого спросить тот самый рецепт. Но интуитивно я догадываюсь, что рис должен быть самый простой, круглый, а яблоки любыми. Их нужно мелко порезать, посыпать сахаром и поджарить на небольшом количестве сливочного масла (сковорода, догадываюсь, чугунная; у меня есть). Сверху выложить отваренный рис, перемешать. Накрыть крышкой и подождать несколько минут, чтобы вкусы компонентов подружились. Да, так говорят: чтобы подружились.

   Теперь осталось положить себе большую порцию и съесть. Подумать и ещё раз съесть. Да то самое получилось, то. Даже сомневаться не хочу. А стол у меня теперь круглый, с моим всегда определённым местом - в самом начале этого круга.

четверг, 19 ноября 2020 г.

Белёвская пастила


   Белёвскую пастилу придумал в 1888 году русский купец Амвросий Павлович Прохоров. Наверное, тогда случился неслыханный урожай антоновки. Работящие русские женщины в ту осень не остановили на скаку ни одного коня, не шли в горящие избы. Дни и ночи напролёт тёрли они сквозь сито горы идеального яблочного пюре, взбивали и снова взбивали. А почётный гражданин города Белёва Тульской области Амвросий Павлович Прохоров сам не спал ночами - думал, прикидывал, взвешивал. У него и сушильня уже была.

   На старой фотографии - умное спокойное лицо человека, знающего цену не только товару, но и себе. И людям. Я просто уверена, что дома у него была хоть небольшая, но весомая картинная галерея; и фортепиано для девочек; и напевал Амвросий Павлович из "Аиды" не так уж редко.

   А белёвскую пастилу уже через год знали по всей Европе, ели с похвалами и: во Франции - с белым вином; в Англии - с кофе и взбитыми сливками; в Голландии - с сыром; в Испании - с мандариновым желе. Магазины в Москве, Петербурге, Риге...

   Антоновка всё рождалась и рождалась, крепкие работящие женщины тёрли сквозь сито и взбивали, взбивали, совсем забросив коней и горящие избы. И вот знаменитая уже, а не просто так белёвская пастила отправилась на пароходе в Америку, и также имела успех. Вот только с чем же её там ели тогда?

   С чем, с чем... С удовольствием!

   И сейчас, 132 года спустя, я верю Амвросию Павловичу Прохорову на слово купеческое и при всяком удобном случае покупаю белёвскую пастилу, надолго забытую, как многие прекрасные вещи, и снова возрождённую. Ни на что не похожую и ту самую. Ни с вином её, ни с сыром, и уж тем более не с мандариновым желе. Зачем? Разве золото нуждается в позолоте? Просто так. Наиболее вкусно даже не резать красиво ножом, а ломать по вкусу. Может быть, сам Амвросий Петрович Прохоров делал так, снимая пробу с очередной партии? Кивал одобрительно: на века вкус.

   Ведь не могут у нас перевестись никогда антоновские яблоки, а уж о работящих женщинах и говорить нечего.


среда, 18 ноября 2020 г.

Тонкое моё тело


   Этой осенью мне понравилось жечь ароматические палочки. Чем глубже в осень, тем больше палочек. Сегодня можжевельник, а завтра сандал. А послезавтра можно и чампу возжечь. "Растительный аромат, - было сказано на упаковке, - поступает в лёгкие и распространяется по лимфатической и кровеносной системам. Ароматы помогают восстановить гармонию физического и тонкого тела человека."

   Я не знаю, в каких отношениях находятся мои физическое и тонкое тела, но аромат поступает и распространяется. И палочка стоит наклонно в специальной подставке с желобком для пепла. 

   Каких только вещей ни придумало человечество за всю свою длинную историю! На подставке написано, что сделана она в Индии. И кажется, что да, именно там и сделана. Должно ведь хоть что-то быть сделано не там, где всё. И палочки тоже, и они распространяют. И можно смотреть бесконечно на лёгкий дымок: как добирается до самого тонкого тела, причудливо скручиваясь то спиралями, то колечками, то фантастическими каракулями, похожими на рисунок снов.

   Было время, когда мне совсем не нравился дым. Хорошо сидеть у костра, но это ведь потом вся одежда будет пропахшая, и волосы. Иногда дым вдруг ни с того, ни с сего начинал валить прямо в лицо, ел глаза. И тут нужно было применить заклинание - сложить фигу направить на костёр и приказать: "Куда фига, туда дым!" 

   Странное дело, но дым, которому только ветер указ, слушался какой-то неизвестной, первой попавшейся фиги и начинал валить в противоположную сторону. Может быть, здесь не обошлось без тонкого тела? Но одежда всё равно была уже безнадёжно пропахшая.

   Теперь я люблю дым. И маленький, изящный сандаловый, сделанный в Индии. И большой берёзовый, сделанный в России. В тёмной и холодной ещё бане, в широком луче вечернего солнца, падающем из маленького окна, он будет лежать пеленой, как завеса, между тем и этим временем.

   И где-то в дальнем углу, за деревянным ковшом, притаилась и смотрит вместе со мной нестрашная национальная нечисть. Вроде как банник, род домового. И нужно найти в себе силы вовремя уйти, чтобы не нарушить таинство, не узнать, как холодное становится горячим. Только обернуться во дворе ещё раз: как там из трубы? Всё там в порядке из трубы. Топится.

   Пепел упал с палочки два раза, пока я так думала. Лёгкие вдыхали, приходило в гармонию тонкое тело. А чампа - это такой цветок, который, говорят, имеет больше трёхсот имён...

воскресенье, 15 ноября 2020 г.

Вечное удивление


   Вот уж чем нельзя нас удивить, так это снегом. А всё равно удивляемся. Несколько раз он падал и таял, падал и таял, и вот однажды утром какое-то глубокое, природное чувство, связанное с древним населением этих мест, безошибочно подсказало, что этот снег пришёл навсегда.

   Наступило другое время, сплошное и равномерное. Дни теперь будем отмечать не рассветами и закатами, а зарубками, узлами на верёвке, обгоревшими спичками да выловленными из скрипучей банки солёными огурцами. А если чьи-то добрые, заботливые руки принесут вам в подарок ведёрко, плотно набитое домашней квашеной капусткой, то и клюквенными ягодами.

   Мы тысячу лет так живём, а всё равно удивляемся. В сентябре вот только убедились, что зимняя куртка ещё ничего, не мала; вздохнули облегчённо. И вдруг выясняется, что опрометчивы были те вздохи, и ничего не зачтено, и опять всё только начинается. И нельзя никак отложить, отвесить, задвинуть поглубже. Потому что этот снег уже навсегда.


среда, 11 ноября 2020 г.

Подарочный день

   Так, чтобы у нас в ноябре на завтра обещали, и потом выполняли десять градусов тепла, почти никогда не бывает. В крайнем случае, на один день. И если вдруг он выпадает на воскресенье, хочется просто принять этот подарок. А не ехать в магазин за новыми лампочками взамен перегоревших, не варить сложный, многоступенчатый обед, не стирать шторы. Или - того хуже - не мыть окна, несмотря на то, что другого такого шанса в этом сезоне может и не быть.

   Кажется, что весь этот поток машин тоже всё бросил и - на реку! Но очень скоро становится ясно, что поток всё-таки, пользуясь воскресеньем, за недостающими лампочками, и новыми шторами, и компонентами для сложного обеда. А на берегу слоняются очень немногие любители, отпечатывают следы на влажном песке, смотрят в заречные дали.

воскресенье, 8 ноября 2020 г.

"Карусели над городом"


   Купила сыну, чтобы читал. Но потом незаметно прочитала и сама. Интересно стало: а как в книге? Юрий Томин написал по ней и сценарий к фильму с неуклюжим, громоздким названием "Летние впечатления о планете Z". Сняли его в 1986 году.

   Я хорошо помню, как на тёмном космическом фоне крутилась сама собой, складываясь по-всякому, коленчатая головоломка "змейка", очень в то время популярная. А вот фильм популярным отнюдь не стал. Несмотря на то, что детских фантастических фильмов выпускали тогда ужасающе мало, а хороших и того меньше. Те, что неплохо смотрятся и сейчас, и вовсе можно пересчитать по пальцам одной руки. "Приключения Электроника" да "Гостья из будущего". Ещё музыка из фильмов "Отроки во Вселенной" и "Москва-Кассиопея". Больше ничего в голову не приходит.

   Было много замечательных фильмов-сказок, это да. Архаичное, мифологическое время, чёткое деление на зло и добро, которое в итоге неминуемо одержит верх. Незыблемый мир прошлого, которое изменить уже нельзя. Фантастика же вся устремлена в будущее, непредсказуемое, и всё же предсказанное. Далеко не всегда безоблачное. Фантастика порождает тревожные и непростые мысли у взрослеющих читателей сказок. В том числе о том, что всё могло бы быть иначе. Дайте подрастающим разной фантастики, и побольше!

   И вот явились "Летние впечатления о планете Z". Но 1986 год сам как будто сошёл со страниц фантастической повести о судьбе нашего мира, и все эти мелькающие в первых кадрах светофоры, идущие задом наперёд часы как будто намекают: пошёл обратный отсчёт. Меня даже не смутили страшноватые картинки в книге, потому что они здесь гармоничны и органичны, так и должно быть. Фильм тоже тускл красками, и не только из-за качества плёнки. А потому что это правда. Но мы ещё не успели привыкнуть к этому новому миру и прижиться в нём, поэтому фильм и не вошёл в нашу кровь и нашу плоть.

четверг, 5 ноября 2020 г.

Ноябрьские теремки


   Когда приходит ноябрь, в городе со всей отчётливостью начинают проступать теремки. Летом прошли бы и не заметили за буйными кустами, за раскидистыми ветвями, за своими туманными от жары мыслями. Но в ноябре, когда облетело всё, что только может облететь, выясняется вдруг, что дерева здесь давно уже нет, особенно раскидистого. А за проволокой кустов виднеется ну такой домик, что просто невероятно, как это: в самом центре города, посреди явных новостроек - и вдруг сохранился, устоял? Неужели там ещё и живут?

   Обязательно живут - свидетельствует аккуратно сложенная во дворе поленница дров. Что, прямо вот так и живут? Так и выходят стылым утром на босу ногу, несут в охапке? Спокойные и привычные. И что им эти огни большого города? У них и домовой небось имеется, или ещё какой чумичка. И ряд банок с огурцами в подполе, а другой ряд с помидорами. Грибов и клюквы у них без счёта, и фамильная бочка капусты белокочанной, наихрустейшей. 

   И что им, спрашивается, те огни? У них кот свободно ходит, где хочет, а чай они пьют только с бубликами.

   Даже если я буду одета не совсем по погоде, и замёрзнут ноги мои в неподходящих ботинках, я всё равно остановлюсь посмотреть на теремок в ноябре. На деревянное немыслимое кружево, сплетённое древними умелыми руками. Хрупкое, как иней, но застывшее раз и навсегда. На этот живой и жилой теремок, поставленный для себя, для сына, для внука и правнука.

   А ставни? Неужели и на ночь затворяют, как в сказке? Ну, это совсем уж невозможно, вон там и пластик у них - режим проветривания и прочее. Да они и так там все под охраной.... Но вдруг всё-таки затворяют?

   И чердак. С таким аккуратным окошком, что за ним просто не может быть хлама и пыли. Там не сундуки и худые кастрюли, там обосновался кто-то возвышенный. Хотя бы в тёплое время года. А сейчас ноябрь, я же всё понимаю. Но лестница там скрипучая наверняка.

   И вот эти интересные хоромы, похожие на голубятню, но с большими, явно жилыми окнами... Наверное, там поселили медведя, когда он тоже стал проситься в теремок. Так все и разместились, и уцелели. И проступают сквозь позднюю осень, сквозь тусклый и тихий день...

   Да хватит уже, всё не так. Нужно постучать одной замёрзшей ногой о другую замёрзшую ногу и, не дожидаясь вопроса "Кто там?", пойти по самому центру города, в свой дом, без чердака и чумички. Завернув по пути в магазин за бубликами к чаю.

понедельник, 2 ноября 2020 г.

Бочка по морю плывёт


В доме подруги моего детства было два замечательных старинных артефакта.

   Во-первых, от какого-то совершенного пращура перешедшая, чугунная, что ли, ступка. И точно такой же из глубины веков к ней пестик-грозное оружие. Наверное, с ним ходили в атаку ещё против татаро-монголов. А во все остальные времена пестик так служил по хозяйству, что его наиболее рабочие места блестели честным светлым блеском.

   Со старинной ступкой связаны наши первые алхимические опыты. Мы толкли в ней сахарный песок. Превращали кристаллы в лёгкий, пышный порошок, которым обычно припудривали магазинные булки и кексы, но мало. А нам хотелось много, ещё больше такого порошка. Простой сахарный песок есть было неинтересно, а пудру мы черпали чайными ложками прямо из ступы, прямо с её полукруглого, очень твёрдого дна. И готовы были так черпать хоть каждый день. И это было безумно. Безумно вкусно. Сладкое со старинным привкусом.

   Второй древнейшей вещью была игра лото. Уж и не знаю, сколько поколений держало в руках ситцевый этот мешок с плохо различимыми, полустёртыми временем розовыми узорами. В мешке бойко и сухо громыхало ровно девяносто аккуратных деревянных бочонков, начиная с младшего "кола" и заканчивая главой бочоночного рода "дедушкой". Ни один не потерялся, не закатился, не растворился даже в наших детских руках.

   Бочонки были такие как на подбор милые, что хотелось открыть и заглянуть, хоть одним глазком - что там? Вон в том мёд для Винни-Пуха; а там растёт не по дням, а по часам князь Гвидон; а в том, тринадцатом, подслушивает юнга Джим Хоккинс, что затеял одноногий и коварный предводитель Сильвер.

   Но всё это были мысли тайные, посторонние. Главной была игра! С вековыми, очень простыми правилами. Объевшись как следует сахарной пудры, мы садились играть. Очень хотелось стать верховным - тем, кто запускает руку в таинственную, на веках настоянную, темноту ситцевого мешочка и выудить абсолютно случайную, честную цифру. И торжественно объявить (почему-то по правилам это называлось: кричать). Кричать внимательно: если внизу стоит точка, то значит, это шесть, иначе - девять. Кричать на особом, тайном языке:

 - Барабанные палочки!  Утята! Перчатки! Тридцать три - нос утри!

пятница, 30 октября 2020 г.

Бермудский пирог


   Люди, как умеют, пролагают следы. За ночь нападало столько, что уже не стыдно и пролагать. И даже белый по такому случаю бульдог не просто поспешает за хозяином - грузно и преданно - а именно пролагает. Ставит свои надёжные короткие лапы, как печати. Этот день считать действительным. Уплочено.

   Вот и я пролагаю как умею. Одержима прямо с утра идеей нового яблочного пирога и непременно кислых для него яблок. Про настоящую антоновку, ясное дело, нечего и мечтать. Ну, так хотя бы "Грени". Сказано, что в тот пирог можно и "Грени". Может быть, именно в пироге они как раз и оживают, делаются съедобными? Интересно было бы посмотреть. Для чего-то же они появились на свет именно яблоками.

У вас есть "Грени"? Да они всегда есть. Дайте мне пять или шесть штук "Грени".

   Но знакомая продавец в знакомой палатке "Фрукты-овощи" не хвалит своих "Грени". Она говорит, что "Грени" пожелтели, и предостерегает от них. Она прячет коробки с разноцветными плодами внутрь тёплого, зимнего киоска, и голые дощатые прилавки, ещё вчера полные винограда и арбузов, замело толстым слоем снега. И всё это похоже на ремонт или переезд - раскурочено, тревожно, и пусть бы оно побыстрее как-нибудь прошло.

Так, значит, говорите, плохие "Грени"?

И дальше-то никуда не хочется идти в поисках "Грени", по такому снегу и свету.

   А вот возьмите лучше "Семеренко", говорит знакомая продавец. И "Семеренко" правда лежали там к коробе, большие и с наклейками. Крупные и удивительно правдивые "Семеренко". Вверху наклейки у них было напечатано "Азербайджан", а внизу - Куба. Выращены и сняты с дерева где-то между этими двумя географическими названиями. Может быть, даже в Бермудском треугольнике. Значит, и пирог из них выйдет бермудский. Давайте-давайте-давайте!

среда, 28 октября 2020 г.

Сделать что-то из ничего


  Как-то привыкли уже к тому, что хороших новостей больше в мире не осталось. Их сняли с производства. Да и плохие все стали какие-то безликие - однообразные, узкие как крысиный ход, бесконечные. А если куда-нибудь и выберешься, то там будет ловушка. Или кошка. Да нет же, мы сами кошки! Независимые, с мягкими лапами и когтями. Хорошо, кошка, иди сюда, говорят новости. Мы будем по частям отрубать тебе хвост.

   И вот умер Михаил Яснов... Ещё один из тех, кто написал наше детство.

   Однажды на семинаре о проблемах современной детской литературы я видела его в президиуме среди почётных гостей - буйно, очень приметно кудрявого, в больших очках, сосредоточенного на своём. Выступать он не стал. Он умел делать. Он был против многословия и пустословия. 

   Про Иосифа и Пальтишко я покупала ещё сыну маленькому, и это было не столько чтение, сколько весёлая игра. Во-первых, нужно было подробно рассмотреть на странице все домики и выражение лиц всех людей, и куриц, и корову с кошкой. Во-вторых, непременно заглянуть в дыру, которая на самом деле не дыра, а такое окошко из было в стало: износил пальтишко, сшил куртку, потом жилет...

   И мир такой уютно-тёмный, как будто мы стоим во дворе в декабре, держимся за руки шестилетние, каждый из своего времени. Стоим среди старых трёхэтажных домов и смотрим, как светятся окна за красными, бордовыми, тёмно-оранжевыми шторами. И мы вот так защищены...

В конце-концов Иосиф сделал пуговицу и потерял её. Больше у него ничего не было.

вторник, 27 октября 2020 г.

Чем хуже, тем лучше


   Такая погода называется: чем хуже, тем лучше. Полностью вода. Небо лежит тяжело и ровно, как будто книга на голове монахини с картины Босха "Извлечение камня глупости". Особенно тяжело с таким небом держать равновесие. Голове от неба очень не по себе.

   Это книга про дождь, про очень серый цвет, очень яркое желание окуклиться и грезить бабочками. Мир за окном настолько ровный, что делать в нём абсолютно нечего. Поискать разве что-нибудь внутри, с неугасимой прямо с утра электрической лампочкой?

   А там, внутри, непосредственно в первом нумере, будет сидеть Пушкин. Писалось ему в такую погоду. Ох, как писалось. Грызлось перья. Но одними перьями сыт не будешь, и время от времени посылал Пушкин в ближайший трактир за горячей пищей. Приезжал на велосипеде точно такой курьер в жёлтом или зелёном, с плотным коробом за спиной, только двести лет назад. Приподнимал крышку, дразнил паром. Кричал хорошо поставленным, расторопным голосом: "Щи суточные - один раз! Каша грешневая с белыми грибами - один!" Да киселя, да заедок разных, мочёной морошки да крыжовенного варенья. А назавтра спросит Пушкин рассольника с почками да печёного картофеля... Так потихоньку и сделает всё, что нужно, в погоду, которая чем хуже, тем лучше. Так и сядет в первом нумере, куда я забрела ненароком с фонариком и книгой неба на голове. В поисках того, что снаружи никогда не бывает.

   А там у Пушкина как раз обеденный перерыв. После курьера пар не остыл. И нечего отвлекать русского гения по пустякам, когда ещё своя каша толком не сварена. Не скатаны умелыми руками одинаковые, очень аккуратные фрикадели для супа. Не примята в сите клюква для киселя.

   И разглядеть что-то ещё сегодня нечего и пытаться, в такой-то дождь... 


четверг, 22 октября 2020 г.

Между осенью и осенью


   Выпадает между осень и осенью один такой день, что даже не верится. Тихо, тепло, не более одного дня. Как будто через месяц не будет зимы. И мы так никогда и не заляжём по норам, доверяя только снам и книгам. Так и останемся брести со своими яблоками в пакете - большими и удивительно лёгкими. Хоть перед сном их ешь, хоть два - ничего не будет.

   Так и останемся смотреть в небо. Туда, где разошлись два самолёта, и путь их похож на загадку без ответа: "Летели по небу два крокодила: один красный, другой налево. Сколько лет моему дедушке?"

   Удивительно, как выпадает такой день. Между той осенью, которая вчера осень, и той, которая завтра зима. Только один раз в году. Настолько прекрасный, что его даже не хочется удержать. Как не хочется хоть мысленно, но приставить руки к Венере Милосской. Зачем, если и так уже всё есть? Если  и так всё ясно.

                                     Кто-то правит самолётом:

                                     Можно прямо, можно вбок.

                                     Словно пишет в небе кто-то

                                     Между белых этих строк.

                                     Мы стоим, поднявши лица,

                                     Смотрим в небо тыщу лет,

                                     Там летит не зверь, не птица,

                                     Он оставил в мире след.

                                     Только в небе, вместо правил,

                                     Тишина и синева.

                                     Он хотел сказать, он правил.

                                     Просто кончились слова.

вторник, 20 октября 2020 г.

Перекрёстки и клетки


   Очень терпеливо бегут люди свой осенний марафон. День за днём. Всё глубже в осень. Второе дыхание не открывают пока, берегут: вдруг завтра оно больше пригодится? А сегодня вполне ещё можно дышать. И на землю ещё опало далеко не всё - хватит и пошуршать, и полюбоваться.

   Вот только арбузов жалко, что их выставили прямо так, на улице, и они сбились в кучу, и дрожат хвостиками, клацают семечками. Лучше бы хорошему хозяину арбуз в такую погоду из дома не выкатывать, конечно. Но ведь все ещё надеются на тепло. И оно приходит - ненадёжное, мимолётное. И хоть люди в осени уже далеко и глубоко, очень осторожно, очень экономно их дыхание. И неясен грядущий день.

   Но зато у людей остались перекрёстки. С поворотами настроения, притормозившей тревожностью, пешеходными мыслями, которые долго ждали своего зелёного. И вот дождались. И сногсшибательные, великолепные эти клетки! Кто же их так построил?

   По походке было видно, что человек уже не молод. И когда он вполоборота повернул лицо налево, потом направо, подтвердилось: очень немолод. Но какое это имеет значение, когда человек таким свежим, энергичным жестом забрасывает за спину свою модную сумку и шагает себе - руки в карманах - бодро и независимо. Сквозь все чёрные и белые полосы. Как привык с тех ещё времён, когда был стилягой.

   Конечно же, он был стилягой! До дыр слушал джаз, записанный на фотографии чьей-то сломанной ключицы. Танцевал буги-вуги и рок-н-ролл, и подбрасывал вверх девушек в тонких чулках, подбрасывал девушек всех цветов радуги так высоко, что они ещё несколько лет потом никак не могли вернуться на землю. Пока... Всё у них потом было хорошо и по-разному, но уже здесь, на земле. По которой шагает и шагает бодрый, независимый дедушка в ослепительных штанах, в лихо подобранной кепке. И не хочет экономить на сегодняшнем дне. Не боится открыть второе дыхание.


пятница, 16 октября 2020 г.

Собраться с силами и заметить


   "За рубашкой в комод полезешь, и день потерян"... В полную силу это начинается в октябре. Я и за рубашкой не лезла, и комода у меня давно нет, а день опять куда-то делся. Только что был здесь, и вдруг делся. И опять я ничего толком не увидела.

   А осень ведь уже на середине. И я была ошарашена берёзой, когда оказалось, что она уже полностью золотая, и это золото хрупкое - до первого ветра. А там, где раньше была цветочная клумба - похожий на ручную работу слой дубовых листьев. Нужно только собраться с силами и заметить. И вообще - собраться. Шапку надеть. В ней лучше. Человек в шапке звучит особенно гордо, потому что все его мысли не разлетаются по свету - лёгкие, прозрачные и беззаботные, а путаются в акриле и немалом проценте шерсти; сбиваются в стаи, тяжелят покрытую голову, превращаются в думу про вечное...

   Да вот хотя бы про капусту. На маленькой площади у сквера раскинулась овощная ярмарка: сетчатые мешки с картошкой, груды весёлых тыкв, прямо так, на земле. Звонкая идеальная капуста, скрипучая и прохладная. И тоже навалена небрежно. Подходи, смотри , бери. Всё привычное, своё, здешнее.

   Если вокруг набросать немного соломы, пустить вольных свиней и гусей, получится Средневековье. И лица у людей такие же. И мысли точь-в-точь. Они оценивают картошку, присматриваются к тыкве, несут домой в прозрачной сумке альфа-качан, и судьба его предопределена. Никакой из него не будет свежий витаминный салат, а будут истомлённые в толстой кастрюле голубцы, будет царь-борщ, который назавтра ещё вкуснее... Что-нибудь такое будет, основательное, сложное и обжигающее. Похожее на мысли в голове под шапкой. Без которой теперь никуда не собраться.

среда, 14 октября 2020 г.

"Нечётный закон"


   Бориса Алмазова я люблю с детства. С повести "Я иду искать", которая и в наши дни может стать интересным и актуальным чтением для учеников примерно 5-6 класса. В этой книге есть всё, что нужно. Ведь недаром она переиздана и давно отсутствует в продаже.

   Для тех, кто младше, будут хороши рассказы Алмазова. Сборник "Серёга и Пифагор" - безусловная удача в море и мире современной литературы для младших школьников, хоть я и не назвала бы его ровным. Пёстрая книга. Здесь и бытовые юмористические рассказы из жизни друзей-третьеклассников, и лирический "Серебряный конь, золотые копыта"... А уж с "Козловым и Барановым" и вовсе придётся помогать; мы бы в свои девять-десять справились, а вот нынешние - вряд ли. Но действительно прекрасное стоит усилий.

А самым любимым стал рассказ "Нечётный закон". На таких умнеется хорошо.

   "Настоящий футбольный мяч с покрышкой и с камерой стоил безумных денег. Но дело было не только в деньгах! Деньги мы бы всем классом накопили - мяч для нас был самой необходимой вещью! Просто его негде было купить!"

   Объяснять приходится не только это, но и многое другое. Например, почему для Серёги таким важным событием стала покупка новых (длинных!) брюк, и в чём была личная Серёгина трагедия, когда он в первый же день сел в этих брюках на кусок смолы. Но это в рассказе "Задумчивые брючки".

   А тут вдруг Серёга одолжил мяч на три часа, и всё ринулись на пустырь. Я и сама, честно говоря, не понимаю всеобщего футбольного угара тех лет. Но у каждого времени, видать, свой угар.

   Пустырь с одной стороны огорожен забором, за забором какой-то "НИИ", куда приезжает на чёрной легковой машине тётенька-полковник, в очках и с папиросами "Казбек". Таинственный и приметный персонаж.

   И вот однажды мяч залетел прямо в открытое окно второго этажа этого НИИ, Серёга и Боря-Пифагор отправились мяч вызволят, а в кабинете - та самая полковник, только уже в белом халате. Серёга предсказуемо начинает ныть: тётенька, отдайте мячик. А тётеньке интересно другое. Как он тебя назвал? Пифагор? Почему Пифагор?

воскресенье, 11 октября 2020 г.

Пасмур

   Хорошее, точное слово придумал (вернее, услышал) однажды писатель Юрий Коваль - пасмур. Впервые он употребил его в разговоре с рыжим котом из рассказа "Солнечное пятно". Каждый день котяро ложился в кусок солнца на полу и думал, что это норма жизни, как и ночная его охота. "Просыпаясь иногда ночью, я слышал в палисаднике треск сирени, мягкие тёмные прыжки, кошачьи вздохи."

Но вот однажды пошёл дождь. Может быть, даже наступила осень.

"Однажды он не нашёл на полу солнечного пятна. Весьма недовольно поглядел на меня.
- Помилуйте, батенька, - сказал я. - Дождь на дворе. Пасмур. Откуда же взяться солнечному пятну? Переждём, лезьте на печку.

 Кот вслушивался в мои слова, но не желал понять и постукивал когтями в пол, требуя пятна.


- Не могу, - разводил я руками. - Не в силах... Пасмур!

 Неожиданное слово подействовало. Кот перестал метаться в поисках пятна, глянул мне в глаза.
"И у вас пасмур? - задумался он. - Нехорошо". Изумруд и лазурь потускнели в его глазах. Не прощаясь, кот вышел."

   За одно это слово - спасибо писателю Юрию Ковалю! Только не знал он, не мог знать, как будет метаться потом человечество и стучать когтями, требуя солнечного пятна, в котором бы развалиться беззаботно и дремать после охоты. Закрыть глаза, и всё равно быть в центре событий. Но что же делать, если наступил пасмур? Если пасмур прямо с утра. Настолько пасмур, что если бы сейчас предложили мне на печку, я бы не задумывалась и тут же залезла, подвинув жбан с квашнёй, пучки целебных трав. Потеснив Емелю и бабу Ягу. А там переждём.

среда, 7 октября 2020 г.

"След за кормой"


   Я думала, что это какой-то другой А. Волков. Но его отчество оказалось Мелентьевич, а уж настолько полного совпадения быть не может. Тот самый А. Волков, из Волшебной страны. Я и не знала, что у него есть ещё и другие книги. Что есть у него книга "След за кормой", за которую вполне можно ухватиться, когда захлёстывает очередное "что бы такого почитать свежего не совсем уже маленькому, но и не очень большому мальчику?" Желательно не одноразовое. Очень, очень желательно.

   Такие книги время от времени попадаются и вызывают радость пополам с удивлением, как манная каша пополам с малиновым вареньем у голодного Буратино.

   По стилю и атмосфере "След за кормой" напомнил мне "Книгу для чтения по истории Древнего мира" - необязательное приложение и дополнение к школьному ученику под редакцией профессора А. И. Немировского. Учебник был очень сухой и скучный, как и все школьные уроки истории, а книга для чтения - живая и увлекательная. Чего стоил один только рассказ "Ученик врача", про мастерство древнеиндийских хирургов.

"Пошли за судьёй. Суд был скорым и несправедливым. Палач приготовил раскалённые щипцы, и преступление совершилось. Твой отец остался без нижней губы.

 - У моего отца губы на месте, - сказал я.

 -  Терпение - первое достоинство врача, - молвил Чарака. - Учись выслушивать до конца, не перебивая".

   Вот что было нам нужно, а не нудное заполнение таблиц про исторические периоды. Может быть, и "След за кормой" поможет моему сыну, когда придут в школе уроки истории, которых он ждёт с нетерпением, ничего ещё не подозревая?

понедельник, 5 октября 2020 г.

Мой шерстяной друг

   Что-то есть такое в этих сезонных вопросах. Не простое октябрьское телефонное любопытство, а пароль, знак. Вы на той стороне или на этой? У вас уже подключили отопление?
   Подключили - отвечают все. Районы у них разные, а ответ один: подключили. Уже неделю как. Это значит, что все они ходят сейчас в лёгких домашних одеждах, в подключённых своих мирах. Их ноги не в носках, шерстяных и полосатых. Их руки свободны и свеженамазаны увлажняющим кремом, а не обхватили пузатую, быстро остывающую чашку кофе с молоком. Их дети вечером не выбегают из душа как угорелые, не забиваются с мокрой головой под одеяло, не дрожат там некоторое время...
   Что-то в этом есть, когда всех кругом уже да, подключили, а ваш дом стоит одинокий и ледяной, как будто ему Анна Иоанновна велела. И разве что ещё только шут в нём не женился, а так всё в точности. Особенно ледяные чайные ложки, ледяные свечи и спички, звонкая ледяная тьма в утренней оконной раме...
   В такие дни кажется, что мы так и останемся, нас забыли, как Робинзонов на необитаемом острове. Не поможет никто, и самое время доставать свитер.
   Мой шерстяной друг! Дай пожать твою мягкую, пустую и верную руку. В те дни, когда всех подключили, а меня ещё нет, свитер не подводил никогда. Лучше всего выделить специальный - чтобы растягивать, как захочется, рукава, пряча поглубже руки; погружаться по самые уши в пушистый воротник. Нырять утром из одного тепла сразу в другое, чтобы не растерять его в этом неподключённом мире.
   Так и будем проводить все дни, кто с узорами на груди, кто просто в белом. До тех пор, пока однажды в батареях не забулькает, не зашелестит, и первая робкая труба нальётся нежным, молочным теплом, которое с таким удовольствием терпит рука.
   И воздух вокруг сделается насыщенным домашним, и мы больше не Робинзоны, и дом наш такой же город, как все остальные дома, а не фантазия, не причуда тучной и глупой императрицы.
   И мы, как никогда, готовы к зиме. А верный и растянутый свитер можно отправить теперь на полку. И знать, что весь город состоит из точно таких же таинственных личностей, у каждой из которых спрятано что-то своё в шкафу.

среда, 30 сентября 2020 г.

Бесприютная Ци

   Эти два события произошли в нашей стране примерно в одно время: люди узнали про фэншуй и начали скидываться всем подъездом на чёрные, глухие, бронированные двери с домофоном.
   Фэншуй, между тем, гласит, что есть такая хорошая энергия - Ци, от которой зависит здоровье человека и качество его жизни. Ци должна свободно циркулировать по грамотно организованному пространству, отнюдь не спотыкаясь о посуду с трещинами и сколами; шкаф, забитый одеждой, которую не надевали уже три раза по три года; протекающий кран; на всякий случай оставленные обрезки да коробки...
   Ци могла закрыть глаза на то, что вы спите головой в неправильную сторону, и на отсутствие люстры в прихожей, но к двум вещам в доме у неё были строгие, непоколебимые требования: окна и двери. И вот с окнами как-то постепенно справились - с неработающими шпингалетами, наглухо закрашенными рамами и перекошенными форточками. Сделали не скажу, что красиво, пластиковые окна - это некрасиво, но зато экономично, удобно мыть и заклеивать не надо, ватой перекладывать между рамами. И заменили входной в квартиру дерматин с картоном на двери в прямом смысле этого слова.
   Но ведь до двери в квартиру Ци ещё как-то добраться нужно. Попасть в подъезд. И тут на его пути встаёт глухая, не всегда чисто сработанная преграда, с приклеенными сбоку объявлениями, одно из которых гласит: гадаю на картах, снимаю порчу, венец безбрачия, заговариваю от невезения. Какая уважающая себя Ци подойдёт к такой двери? Я бы на месте Ци и близко не подошла.
   А на своём месте я прикладываю ключ к домофону, мельком вижу, что желающих снять порчу пока не нашлось, тяну с усилием на себя. Я привыкла, что так уже давно и везде. Слепые, глухие, немые двери, сквозь которые не прорвётся никакая Ци.

понедельник, 28 сентября 2020 г.

Вкус осени

   Уходят, уходят из нашей жизни верные заоконные термометры. Так доверчиво когда-то выглядывали мы на их красные столбики - о, плюс пять; куртка, стало быть, потребуется тёплая. И ранние прохожие на улице подтверждали всем своим видом - тёплая, тёплая. А то и вовсе пальто.
   А теперь ни столбика мне, ни людей. "Алиса, какая сегодня погода в Новосибирске?" И Алиса отвечает подробным, бодрым, задушевным голосом настоящего робота. А потом ещё: "Что собираетесь делать в такую хорошую погоду?" А если ответишь, то и она ответит - прямо диалог. Ещё и ввернёт что-нибудь дерзкое, для живости и правдоподобия. Чтобы полностью как человек. Сначала удивительно: как быстро стали жизнью фантастические рассказы моего детства, и кнопка у Электроника скоро будет найдена окончательно и бесповоротно. И робот заплачет так, как людям за окном и не снилось.
   А то можно ещё с утра в телефоне ткнуть в погоду прямо пальцем. Хоть в ближайшую, хоть через две недели. Увидеть с тайным облегчением ровный столик мрачноватых облаков - с двумя, с тремя каплями, а пятого октября уже и первая снежинка виднеется. Куртка, стало быть, ещё теплее, со словом "пух" внутри. И хочется всем об этом говорить: пятого - снег. А все уже и без меня знают: у всех Алисы, у всех телефоны.
   Ровная, как ртутный столбик из облаков, проходит во мне осень. Другая очередная осень. Яркая всегда была - задуманным и сделанным, первым холодом, очень многими упавшими листьями, обязательно сорванной хоть одной пронзительной рябиной - и как только птицы такое едят? - твёрдым намерением беречь уши, потому что их мёрзлым видом всё равно никому ничего не докажешь и не в чём не убедишь. Огромными кружками погорячей, рукой, трясущей над аромалампой почти пустым уже флакончиком с лимонным маслом...
   Сентябрь всегда был сентябрём, октябрь - пушкинским, ноябрь - самым любимым. А сейчас просто осень. Идёт себе ровно, как не очень торопливый поезд дальнего следования. Я и вкус ей подобрала подходящий - боярышник.
   Случайно выйти на его кусты возле Оперного театра, удивиться, вспомнить: боярышник. Сейчас такое никто не станет есть, и так много вокруг всего. А был когда-то и ягодой. Где-то там, смутно, на фоне взрослые говорили, что боярышник полезен для сердца. Но у нас не было ещё таких сердец, просто любопытно на вкус всё оранжевое. Так себе,  не очень - вязко, невыразительно. Никак. Мы бросали боярышник примерно на третьей ягоде, бежали к яблокам, к ускользающим уже арбузам и винограду.
   А теперь он вдруг возвращается целой осенью. Такого же яркого цвета и неяркого вкуса. Такой длинной, как весь сентябрь. И короткой, как другая очередная осень.

пятница, 25 сентября 2020 г.

Начали с "Дела"

   В театре я не была со времён прошлой жизни. Той ещё, довирусной. С тех пор, как сдала мартовские билеты, больше и не приближалась.
   А в сентябре проснулась генетическая память; в самой глубине шкафа, во втором ряду коробок, воспрянули и потребовали выхода в свет верные чёрные туфли. Новый сезон не отменяется и не переносится!
   Хорошо, что моя студенческая подруга, с которой ходим по театрам уже много лет, занимает активную жизненную позицию и знает, по долгу службы, про все культурные события в городе и в области. Благодаря ей я знаю теперь, что в Тогучинском районе у нас есть колхоз имени Пушкина, а в колхозе - бюст. Вот так-то. А самый странный памятник Пушкину у нас - в городе Барабинске, на соответствующей улице. Два метра камня - в основном нос и бакенбарды. Но так ведь он на то и вездесущ.
   Узнала заранее моя давняя и верная подруга и о премьере. Звонит: "Рискнём?" Рискнём! А что дают?
Оказалось, дают "Дело". По Сухово-Кобылину.
   Всегда было интересно - по какому принципу режиссёры выбирают материал для своих постановок. Но я уже смотрела этого режиссёра "Историю города Глупова" и "Анекдоты Довлатова" - два раза. Поэтому Сухово-Кобылину доверилась без колебаний.
   И мы рискнули. Я по такому случаю выбросила свою старую одноразовую маску, которая верой и правдой прослужила мне без малого месяц, взяла новую, неношеную. Не пойдёшь ведь в театр как попало.
   Ощущения большого перерыва не было. Наверное, потому, что мы все  в последнее время живём в бесконечной, многоактной и безантрактной, пьесе Кафки. Получился такой театр в театре. Как мы говорили в детстве, "телевизор в телевизоре". Зеркальный коридор, в который страшно долго всматриваться. Но и любопытно, что там за суженый блуждает такой?
   Поэтому и началось всё не с вешалки, а задолго до неё. И температура, которую я не меряю почти никогда в жизни, оказалась у меня в области запястья полностью хорошей. И молодой человек в маске, наливающий мне в бокал сухое белое вино, поздравил с премьерой.

понедельник, 21 сентября 2020 г.

Осознанное потребление

   Зашли с подругой в магазин одежды. Полистали с глубокомысленным видом, как по философии книгу. Ничего не понятно, но ведь это придумали когда-то, и кто-то купит вот то, в блестящих английских словах, и вон то, с огромным цветком на груди. Кто-то ради них готов даже стоять в очереди в примерочную, да ещё вместе с героическим своим мужчиной.
   Так мы листали и кивали, и пробовали на ощупь некоторые ткани, и находили их приятными. И что-то из верхнего примерили прямо здесь, перед большими правдивыми зеркалами. Хвалили отражения друг друга... Именно так был однажды куплен мной и тот жёлтый плащ, и полосатое пальто, и - чего уж, рассказывать, так начистоту - клетчатый зонтик-трость, и шарфик с выражением кошачьих лиц чему-то под цвет...
   Потом посмеялись в отделе шапок - это уж как водится. Ничего не купили, вышли на волю. Я испытывала новое, очень глубокое и сильное чувство, и хотела в нём признаться.
 - Знаешь, - сказала я, - оказывается, гораздо приятнее ощущения того, что ты что-то купил, может быть только ощущение, что ты не купил.
 - Я тоже сейчас об этом подумала, - ответила подруга Лена, которая когда-то сказала мне про полосатое пальто: прямо твоё, можешь не сомневаться.
   Я и не сомневалась, потому что правда моё. Но приступ осознанного потребления пришёлся очень кстати. Как-то освежил, что ли. Это было как удар молнии. И больше я никогда не стану прежней.
   Я больше не могу схватить упаковку трусов для мальчика 8-10 лет просто потому, что они в горошек. Я задумаюсь до самых недр платяного шкафа, до бездонного его содержимого, до мельчайших буковок на ценнике трусов для мальчика - внизу, где сроду не читала: обхват шеи 30 см. И вот уже мысли пошли высокие, далёкие, нездешние. Может, и мир так однажды когда-нибудь спасу.
   Вот и возле джемпера со скелетом я научилась просто стоять, а не как раньше, обмирая от восторга, листать до роста 140. Игорян со скелетом уж так оценит, так оценит!
   Но... Недры шкафа беспристрастны и неумолимы. И всегда теперь со мной.
Ладно, я ещё подумаю.
   И когда я снова пришла в тот магазин через несколько дней, джемперов со скелетом уже не было. Я и не собиралась его брать, но как-то в душе расстроилась. Не потому, что однажды не спасу мир. А потому, что мир вовсе не нуждается в моём спасении.

пятница, 18 сентября 2020 г.

Голова

   Сборник сказок народов Сибири, случайно встреченный и моментально купленный в букинисте, пришёлся удивительно ко двору. Пройти мимо северных сказок невозможно. Люблю их с детства. Этот стиль, этот лаконизм, этот юмор без улыбки на лице. Простая жизнь, в которой много белого и безмолвного, но нет бессмысленного и чрезмерного. Еду едят, одежду носят, на моржовом клыке режут выдающиеся произведения искусства.
   Так и приняла я "Детей зверей Манны" как родных. Новосибирское книжное издательство, эх... Оно выпускало не столь, конечно, яркие, как в Москве, но какие-то удивительно ладные, уютные и добротные книги. В каждой из них чувствовался неторопливый и основательный, настоящий труд. Как будто художник Хаим Авраамович Аврутис, занесённый в наш город наверняка не самыми попутными ветрами, посвятил не одну долгую зиму созданию этих медведей, этих воронов с лицами и девушек со смоляными косами.
   Мело, мело по всей земле, а он создавал: долганские сказки, нганасанские сказки, а также сказки тофаларские и селькупские. Сибирь большая, а народы в ней - малые.
   Очень приятно хранить у себя такие книги. Читать и давать читать детям.

понедельник, 14 сентября 2020 г.

К чему приводят биографии

   Любовь школьной программы к биографиям неистребима, непоколебима и вечна. Речь не только о Салтыкове-Щедрине, годы жизни которого никто не вспомнит даже под гипнозом. Тут всё гораздо шире.
   Я до сих пор помню тот первый урок географии в новой школе, когда мы под диктовку учительницы записали в тетрадь биографию В. В. Докучаева, потом учили её наизусть, потом сдавали на оценку - как стихи по литературе. Всё это происходило в восьмом классе. Тем не менее мои новые одноклассники вырастали по очереди за своими партами, как грибы, и вещали: "Василий Васильевич Докучаев..."
   В прежней школе по географии у нас был Евгений Владимирович, который зимой возглавлял все лыжные походы, а на уроках показывал слайды из своей поездки в Индию - то с питоном на шее, то с обезьяной на плече. И я была уверена, что география - увлекательная наука. Настолько, что даже хотелось читать дополнительно в журнале "Вокруг света" статьи про папуасов и эскимосов. И вдруг после всего этого докучливая сказка про Докучаева. На колу висит мочало, начинаем всё сначала.
   Биографии учёных наизусть привели к тому, что в девятом классе на уроках географии я занималась преимущественно рисованием карикатур на учительницу. Выходило очень похоже, как мне казалось. Однажды тетради собрали на проверку и мою, в числе самых аккуратных и хорошо оформленных, отправили на какую-то выставку. Я волновалась, что зрители могут заглянуть на последние страницы, но они, к счастью, дальше биографии Докучаева не пошли.
   Зато в новой школе учительница литературы не мучила нас биографиями писателей, она вообще презирала учебник. Умело и ненавязчиво бросала она в нас каким-нибудь ярким фактом, который попадал точно в голову и вызывал подозрения, что и "Горе от ума", и "Мёртвые души", и даже "Война и мир" были написаны живыми людьми.
   Владимир Маяковский брал в кафе кружку с чаем левой рукой и таким образом пил не с той стороны, где пили многие чужие рты до него, а с противоположной. Сам придумал. И во всех его стихах, если присмотреться, так явственно проступает эта левая рука и противоположная сторона... Не говоря уже о том, что минимум половина класса потом попробует так же - кто-то кружку, а самый главный и неуправляемый хулиган, возможно, и стихи.

среда, 9 сентября 2020 г.

Всё дело в ромбе

   Однажды подруга подарила мне комплект постельного белья. Со словами: "Там шерсть!" Где шерсть? А вот прямо там, в наволочке и в пододеяльнике, встроенная.
   Внешне и на ощупь комплект не выглядел таким уж шерстяным, и никак не намекал на спасение от холода. На нём были напечатаны крупные древние египтяне - с широкими плечами и плоскими ступнями, и волны их Нила, и священные птицы. Если взять голову такой птицы и мысленно соединить её со своим телом, получится бог мудрости Тот. При этом в составе комплекта действительно был указан процент шерсти.
   Египтяне сразу стали у меня любимыми. Они как-то очень сочетались с идеей сна, со всем тёмным и таинственным, что происходит в свободном от мыслей, наполненном одним лишь подсознанием извилистом мозгу.
   Египетский комплект был современным. То есть с таким пододеяльником, у которого прорезь на боку застёгивается на все пуговицы. Одеялом приходится яростно трясти, чтобы оно равномерно там распределилось, чтобы разгладились бугры и совпали углы. Получается цельно и аккуратно.
   И только старые фильмы напоминают о пододеяльниках прежних лет - с большим ромбовидным отверстием в центре, в которое проглядывает одеяло, чаще всего тёмно-красное или тёмно-зелёное. В такие пододеяльники мы самостоятельно заправляли одеяло уже в старшей детсадовской группе. Поразительное умение! Мы были ужасно самостоятельными детьми, из которых далеко не все потом выросли самостоятельными взрослыми.
   Но зато все мы без исключения, при всяком удобном случае, любили нырнуть в этот странный Бермудский ромб, как в параллельную вселенную, как в другое время. Пропасть из мира и поля зрения взрослых. Это были таинственные блуждания, с почти настоящим страхом, что выход внезапно закроется, исчезнет, и мы навсегда останемся здесь, укутанные в молочно-белое, нежно-цветочное, разноцветно-горошковое... И хотелось, и нет.
   Сейчас почему-то дети перестали странствовать в пододеяльниках. Неужели всё дело в ромбе? Но даже самые любимые современные комплекты, в которых шерсть, я трясу яростно, как в детстве. Чтобы разгладились бугры и совпали углы. Чтобы вырасти снова очень самостоятельной, с человеческой головой мудрости на плечах.