Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

пятница, 12 июля 2024 г.

Кот-витраж

Когда вещь нужна, тогда она и приходит.
   Если бы не рухнула со стены, не разбилась на мелкие части рамка, в которую была заключена картина с милым сердцу Игоряна древнеегипетским человеком, не видать бы нам кота, как своих ушей. Так бы и томился кот в дальнем шкафу, среди предметов, к которым давно уже не прикасалась ничья рука.
   Но картина рухнула, и кот явился. Нужна другая, целая рамка. И где-то у нас была целая куча пустых и деревянных, содержимое которых давно утрачено, как потерявшее смысл и значение. Но рамки зачем-то остались. Вдруг пригодятся?
   Говорят: если вещью не пользуешься год, значит, она тебе не нужна. Значит, исходит от вещи отрицательная энергия, и очень плохо она влияет на жизненное пространство. Избавься от всего ненужного - решительно и без сожаления. Расхламись по какому-нибудь методу.
   Только нужно быть готовым к тому, что в ближайшее время именно эта вещь  - внезапно и вдруг - понадобится позарез. А уже всё. Мир устроен сложно.
   Вот поэтому рамки и пригодились. Перебирая их в поисках самой подходящей, я вдруг обнаружила кота, уж и не помню, когда дочкой сделанного, и при каких обстоятельствах. Предположительно - четвёртый класс. Максимум пятый.
   Так находят на запылённых чердаках, в заброшенных сараях молчаливые произведения искусства. Они очень терпеливы, они могут ждать веками, чтобы однажды выйти и просиять.
Но как же я могла упустить такого кота? Как он вообще мог оказаться во тьме?
   Это был кот-витраж. Нарисованный, но как будто составленный из фрагментов, очень густых цветов, сочетание которых всегда напоминает мне светящиеся во тьме окна.
Видно, и правда всему своё время.
   Древнеегипетского человека мы поместили в новую раму, и он стал как новый. А кота я немедленно повесила над своим столом, перед глазами. И он тут же начал излучать очень положительную энергию - как вещь, которой всю жизнь только одной и пользуются.

четверг, 11 июля 2024 г.

Дудки

   Шли с Игоряном в гору дачной лесной тропой. С тех пор, как я была такой, как Игорян теперь, здесь мало что изменилось. Только берёзы подросли. И кукует на всю округу, плотно скрытое листвой, совсем другое поколение кукушек. Но точно так же состоит горячий воздух из сотни трав, и так же мы срываем на ходу лёгкие метёлки растения, настоящее имя которого не знаю, предпочитаю наше детское народное "петушок или курица?"
   Эй, Игорян! Петушок или курица? Сильно сжать стебель пальцами, дёрнуть резко вверх. Как правило, выходит курица. А кто первый в мире придумал задавать этот вопрос и получать ответ, люди уже не помнят.
   Как всегда, заметно выделяется своим ростом в пахучем разнотравье дудка. Тоже имя неофициальное, широко распространённое и в наших краях, и По Ту Сторону Урала. Дудка и дудка. Прямой гладкий стебель ветвится, а сверху - причёска мелких соцветий, на манер цветной капусты, но не настолько кучеряво сбитый.
   В детстве стебли дудки мы ели. Зачем? Сложный вопрос. Метафизический. Вот так вот нужно взять стебель, который ещё нежный, не успел затвердеть. Чистим от кожуры, как банан. Вкус описать очень сложно, он неповторим, как звук скрипки Страдивари. Что-то совсем не резкое, как наша природа. И такое же заманчивое. Хочется ещё сорвать и очистить. И ещё.  Тот самый вкус, он не меняется. Хочешь попробовать?
   Игорян покосился. Игорян точно знает, что на даче опущен в колодец первый в этом сезоне арбуз. И клубники есть ещё как минимум полведёрка. Не говоря уже о двух видах замаринованного для шашлыков мяса. Но главная, глубинная причина в другом. Причина в том, что мы люди: я - из прежних, а Игорян - из нынешних. И это нельзя изменить, как тот самый вкус.
 - На, я тебе ещё почистил, - говорит Игорян. - А эту я покажу деду.
   Ха-ха, Игорян. Думаешь, дед не знает, что такое дудка? Да он их съел на целое поколение больше, чем я. Он вообще из прежних прежних.
Пока шли, я ещё две дудки съела. А одну Игорян сберёг.
 - Деда, - спросил Игорян. - Ты такую дудку знаешь?
 - Ну-ка, ну-ка, - мой папа с большим интересом взял в руки растительную трубку. - Мы из таких стреляли! Набирали в рот гороха и вот так...
 - Понятно, - сказал Игорян. - А когда будем арбуз есть? А шашлыки скоро?

воскресенье, 7 июля 2024 г.

Можно и без гусей

   Летом обостряется моя любовь к спонтанными непродолжительным поездкам куда-нибудь вон из города. В выходные-то уж обязательно.
   Дачные раскинулись сообщества во все стороны от Новосибирска. При каждом сообществе - деревня, а при деревне - природа. 
   Таков, например, Гусиный Брод. Сто раз проезжали мимо, а внутри не были никогда. Привыкли и не замечаем. А название-то для свежего уха какое: Гусиный Брод! Просто очаровательное название. Тесно связанное с бабусей и весёлыми её гусями - серым и белым. Настолько знаменитыми, что в их честь назвали здесь и дорогу - Гусинобродское шоссе. И сколько бы столетий подряд вы здесь не проезжали, не меняется место у обочины, где торгуют воздушными змеями самых различных расцветок и конфигураций. Очевидно, здесь дуют особенные ветра. Демонстрационный змей, какой-нибудь в виде крылатого дракона, запущен. И доказывает, что ветер - это стихия.
   А вот и место на Гусинобродском шоссе, где испокон веков торгуют вёдрами яблок - очень жёлтых и очень красных. Вот и другие места, где продают то, чего сезон стоит. Сейчас стоит сезон клубники и лисичек - золотых, милых грибов, которые никогда не бывают червивыми. Пожаренные вместе с картошкой, они способны лишить воли даже самых стойких хранителей своей фигуры. Проверено и доказано. Берём лисичек и клубники.
   А Гусиный Брод раскинулся на холмах настолько прянично, что даже внутрь зайти жалко: вдруг спугнём и белого, и серого. И закричит бабуся, что гуси (ой!) пропали. Но убедиться ведь надо.
   Было тихо в Гусином Броде, было солнечно, и был там воздух. Воздух! На полянке со свежей травой разгуливали сплочённой группой три аккуратных и явно домашних птицы. Явно не курицы.
   Уж не индейки ли? Они самые. Не дура губа у индюков (или что у них там свешивается с клюва?). Изящные очень у вас, индюки, подруги.
   Но только я нацелила на подруг камеру телефона, все трое пугливо и очень организованно двинулись прочь. Я кралась на цыпочках, а они утекали. И какой-то дедушка у калитки соседнего дома наблюдал за моей охотой с большим пониманием и мудростью. У меня даже есть подозрение, что индейки-то были с его двора. Бабуси с двумя гусями не нашлось, так пусть будет дедуся с тремя индейками. Тоже ничего.
   Можно ведь и без гусей. Все гуси ушли отсюда через Брод, а потом и Брод исчез бесследно. Осталось название, без которого мой город неполон. Осталось шоссе - с воздушными змеями, вечными яблоками и грибами лисичками, которые как золото.

среда, 3 июля 2024 г.

Мир Дуремара

   Есть такие тихие места, где очень хорошо, особенно в летний день. Там осока и камыш. Осока хлёсткая, как сабля, и правда может порезать до настоящей крови. А камыш, наоборот, плюшевый, как мишка; его так приятно сжимать в кулаке. Только домой уносить камыш не принято.
   Обязательно там летают стрекозы, иначе вглядываются в мир сложными, многогранными глазами. Непременно шастают водомерки по гладкой и очень спокойной поверхности - вот у кого вес в норме всегда, даже в голову не берут. Слишком большая для водомерной головы, слишком тяжёлая это мысль, а надо успеть главное - измерить.  Надо успеть измерить, исходить вдоль и поперёк невесомыми шагами весь этот густой, прозрачный день, полный разнообразных существ: от лягушки, до инфузории, от юркого головастика до бесстрастной улитки.
   А ещё будет стоять у берега того мира тина. Слово тягучее и немножко пустое, в нём слышится разочарование ("пришёл невод с одною тиной"). Темноватого, болотного цвета это слово, как плащ Дуремара.
   Да, где-то здесь неподалёку обязательно должен быть Дуремар и его сачок. Где-то здесь могут таиться, вести хищный образ всей своей жизни чёрные ужасненькие пиявки.
   Ду-ре-мар. Мы с детства привыкли, что он отрицательный, несимпатичный. Подпевала Барабаса, мутный тип. Истинный житель Страны Дураков, что и слышится отчётливо в первой части его имени. Но есть и вторая часть, и в ней чудится мне какой-то благородный, из хорошей семьи какой-то Вольдемар. Только его затянуло как тиной и получилось горько, сухопаро.
   Может, были у Дуремара и другие дни? И был он мальчиком в тихом, солнечно мире. И наблюдал водомерок, считал стрекоз. Не хотел за четыре сольдо загонять в пруд бедняка, а потом снимать с него пиявок на продажу. Не хотел дерзить уважаемым черепахам и преследовать кукол вместе с одной очень нехорошей компанией.
   Как же так вышло, что первая часть имени победила вторую? И теперь он у тины, в плаще сумрачного цвета, и мёрзнет всё время на дне дня.
   Я знаю точно, что здесь был Дуремар. Прошёл, и камыши сомкнулись за его спиной, как смыкается ряска над крепким телом водяного жука: нырнул - и гладко. Но под водой он где-то есть и живёт, как вторая, проигравшая и тайная часть имени.