Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

вторник, 18 февраля 2020 г.

Не грецкая, не греческая

   Сказка про кашу из топора мне нравилась особенно двумя моментами. Во-первых, когда сытый, но по-прежнему хитрый солдат говорит, тыча ножом в топор: "Жёсткий, наверное, ещё не сварился".
   Вот он сейчас уйдёт своей дорогой, а бабка, сытая, но по-прежнему скупая и, как все женщины, любопытная, бросится доваривать топор - сутки, двое... Уже несколько холодцов могла бы сварить из самых рогов и копыт. Томила бы топор в печи до посинения, и всё напрасно.
Поделом тебе, отрицательный персонаж!
   А второй момент - когда солдат говорит: "Добрая каша, добавить бы ещё в неё круп." Мне нравилось, что именно не крупы, а круп. А что именно это за крупы, конкретно, я как-то не задумывалась. Крупы тогда в моей жизни были разнообразные: манные были крупы, рисовые, пшённые, перловые, ненавистные овсяные были крупы и любимые ячневые...
   Теперь я думаю, что бабка дала солдату крупы гречневые. Тем более что на картинке они ели деревянными ложками кашу коричнево-серую, но явно не от плохо промытого топора. С большим ели аппетитом.
Потому и не пожалела бабка, что гречка на Руси была дешёвая, гречки на Руси было завались.
   Но не на той Руси, в которой прошло моё детство. И это такая же для меня странная загадка, как закупаемая Русью нынешней по заграницам картошка и морковка.
   Впрочем, сейчас не поймёшь, где верх, а где низ. Может, и Эквадор закупает у нас какой-то мировой процент бананов. Это банановая мафия знает, не я.
Я про гречку.
   Наверное, и в моём раннем детстве были какие-то гречневые фрагменты. Но хорошенько я помню её с 1991 года, когда мы поехали с мамой в тогда ещё Ленинград в гости к её тётушке, и у них на завтрак была гречка (или, как они говорили вежливо - греча). Это была гречневая точка отсчёта.

среда, 12 февраля 2020 г.

Просто жизнь

   Раньше я не обращали внимания на сливки, не понимала их. Не думала о том, зачем они появились на свет.
   А дело всё оказалось в том, что чай со сливками, и особенно кофе - совсем не то же самое, что с молоком. Со сливками мягко и бархатно, со сливками упоительно. И если ещё пакет предварительно как следует потрясти, то выйдет с пеной, почти как в кафе. Только мне там её натрясут за двести рублей, плюс обслуживание, атмосфера, тонкий узор из листиков да малая печенька с большим миндальным орехом в придачу.
   А дома зато можно трясти без оглядки на чаевые. И сразу - пена, сразу - счастье. Вот для чего появились однажды в нашем мире сливки.
   Оказывается, их в магазине очень даже берут, не я одна люблю мягкое да бархатное. Настолько их берут, настолько трясут, что можно не успеть, и там останутся на полке только суперпастеризованные, от самой природы и без ГМО. Но такие никому не нужны. Всем надо живых, срок хранения трое суток - три кофейных подъёма, три вечерних чая. Простая жизнь.
   И вот я иду по улице, счастлива со сливками. И пальцы довольно мёрзнут в перчатках, февральский ветер обдирает лицо. Зимы остался ровно один карлик, и он злобствует со вкусом. Вот лысый лёд, вот замело. Старая машина "жигули" сто лет стоит под снегом, как бутерброд под маслом. И все берегутся сосулек.
   И человек бородатый лет сорока проходит мимо, проходит в оранжевой куртке по чёрно-серо-белой улице, как неожиданный витамин. И я слышу, как он говорит в трубку спокойно и радостно: "Бабушку выписали!"
   И я понимаю сквозь весь лысый лёд и сырой ветер: скоро весна. Сейчас я приду домой, и пальцы согреются, я потрясу пакетом сливок, и всё в мире встанет на свои места. И человеку в оранжевом пусть сорок, значит, бабушке... плюс-минус... Именно она читала человеку перед сном сказки Пушкина и ещё что-то такое хорошее, терпеливо учила надевать колготки и делать всё, что нужно - чтобы хватило надолго, навсегда.
   Потому что десять и двадцать лет - это разница огромная. А двадцать и тридцать - поменьше. Сорок и пятьдесят - ещё меньше. Потом ещё, и ещё... Плюс-минус.
   И, наконец, наступает просто жизнь. Простая жизнь, пена дней. Как зима и лето. Как новая неизбежная весна.

воскресенье, 9 февраля 2020 г.

Весёлый компот

   Бывало, ищешь в морозилке курицу, а находишь облепиху. Урожай осьмнадцатого года лежит в дальнем углу, отсвечивает свежим, оранжевым, как ни в чём не бывало. Идеально крупные, ровные ягоды в мелких веснушках, а среди них затерялось несколько мелких листиков, которые тоже не гербарий, а живые. Кажется, что сейчас оттают - и начнут петь.
   Значит, хороший был тогда облепиховый урожай. А когда он бывает плохим? Ни одного не помню я плохого облепихового урожая. Всегда гнулись, сверкали на солнце ветви, щипал всегда ладони кислый сок - бесил, а сделать ничего нельзя.
   Но пройдёт и последняя ветка последнего куста, и наступит зима. Наступят большие, долгожданные банки, особенно яркие в каком-нибудь бледном, болезненном феврале - самом коротком и самом бесконечном месяце года.
   Облепиховый в тех банках был компот. Жидкая его часть меня не интересовала. Я погружала самую огромную в хозяйстве ложку на самое дно, где толстым жизнерадостным лёгким слоем стояли ягоды. Облепиха уворачивалась, но я всегда побеждала. Я вылавливала большой ложкой целый большой стакан. Ягоды были нежными, с маслянистыми полезными косточками внутри. Ради такого счастья можно было и потерпеть осенью возле кислых кустов.
   И как я ни дышала потом в открытую форточку после горячего чая, как ни ела снег и ни пила воду и морозилки в надежде заболеть - так не хотелось ходить в школу - ничего меня не брало. Наверное облепиха, даже компотная, и в самом деле очень целебная ягода. Я помню об этом.
   Поэтому выйди, облепиха, вместе с курицей из морозилки! Выйди из тёмного угла, стань компотом! Стань весёлым компотом, жизнерадостным и нежным, в этом бледном, болезненном феврале. Я положу в тебя за компанию ещё два больших твёрдых яблока. Кипи, компот, настаивайся. Исцеляй на здоровье.
   А потом вдруг попадётся в магазине на глаза в бутылках тоже яблочно-облепиховый, и цвет весёлый. Да только кто покупает такое в магазине? Особенно в наших краях, где идут без перерыва большие облепиховые урожаи.

вторник, 4 февраля 2020 г.

Сароян. "Человеческая комедия"

   Уильям Сароян - американский писатель армянского происхождения. "Человеческую комедию" он посвятил своей матери Такуи Сароян, и в предисловии сказал так: "Ты не можешь читать английские книжки и наслаждаться ими как армянскими, а я совсем не умею ни читать, ни писать по-армянски - поэтому вся наша надежда на хорошего переводчика".
   Но это ещё не всё. Если книга легко переводится на наш собственный, внутренний язык, мы говорим: да, я буду это читать, потому что я это понимаю.
   "Маленький мальчик, которого звали Улисс Маколей, стоял над только что вырытой норкой суслика во дворе своего дома на авеню Санта-Клара в городе Итаке, штат Калифорния"...
   Где-то очень далеко от маленькой Итаки идёт большая война, и старший брат Маркус там. И главный мужчина в семье теперь четырнадцатилетний брат Гомер, он работает на почте рассыльным, целыми днями развозит телеграммы. Пространство пронизано короткими сообщениями - счастливыми и горестными. Сто двадцать телеграмм в день - сто двадцать человеческих историй для большой будущей книги.
   Она обязательно будет написана, просто Гомер ещё не вырос, и Улиссу четыре года. И где-то далеко идёт война, и нет ей конца.
Но и жизни тоже конца нет. И всё должны увидеть глаза Гомера.
   Во времена господства беллетристики особенно приятно встретить по-настоящему художественный текст. Такой простой и сложный одновременно.
"Непослушными пальцами он распечатал конверт. Мексиканка нагнулась, чтобы подобрать с полу надорванный конверт, и стала его разглаживать. Она расправляла его, говоря:
 - Кто же мог послать мне телеграмму - наверное, мой сын Хуан Доминго?
 - Нет, - сказал Гомер, - военное министерство."
Это невыносимое, страшное разглаживание конверта... Мексиканка не умеет читать по-английски, но она уже знает, поняла. И делает вид, что не слышит слов.
   Время здесь остановилось, а, может быть, его и вовсе нет? Есть только мальчики, дожди и абрикосы.
" - Спелые абрикосы - почти самые вкусные фрукты на свете, - подзадоривал Агги членов своей шайки.
 - А разве абрикосы поспевают в марте? - поинтересовался Ники Палута.
 - Во-первых, уже почти апрель, - сказал Агги. - А во-вторых, если печёт солнце, ранние сорта созревают тут же.
 - Но ведь всё время идёт дождь, - возразил Альф Райф.
 - А откуда, по-твоему, в абрикосах сок? - спросил Агги. - От дождя. Дождь тоже нужен абрикосам, не только одно солнце".
   Да, будут дожди и солнце. И появится время. И всё увидит Гомер, и уйдёт странствовать Улисс...
   Эта светлая книга про то, что мы всегда возвращаемся в родную Итаку, даже если мы больше никогда туда не вернёмся.

С удовольствием продолжаю участие в проекте Людмилы Фёдоровны "Книга месяца"

воскресенье, 2 февраля 2020 г.

Красивые птицы

Игорян заметил первый.
- Смотри! - закричал он. - Снегири!
   Увидел впервые в жизни, узнал. Я, можно сказать, тоже впервые, потому что не помню, когда видела снегирей в последний раз. И так близко - никогда.
   Какие же они были милые, пухлые, индивидуальные! Трое. С красной, как на всех картинках, грудью. Встретились не в парке, а прямо на улице, возле обувного магазина "Ralf". Там всегда у дороги, напротив входа стоит мальчик с рекламой на палке и равномерно ей машет, качает. Привлекает внимание. Туда идём - машет; обратно через два часа - машет, как влитой. Хотел быть энергичным, активным, целеустремлённым членом команды, а заставили махать.
   Но снегири не бросают в беде. Каждый, кто машет рекламой, должен знать, что жизнь полна обыкновенной красоты. Что вот грудь птицы могла быть и не красной, но она зачем-то красная. Хватит думать до конца смены. И ещё немного в метро.
   Хорошо, что Игорян заметил. Мы ведь торопились тогда, и мой взгляд был устремлён не на снежную обочину, а на далёкий светофор впереди: нужно поднажать, чтобы успеть на короткий зелёный после долгого красного.
   Но самое интересное часто происходит на обочине. Мы остановились, хоть терпеть не можем опоздания, и смотрели на редкое явление природы. Удивлялись: почему они здесь? зачем? это потому, что зима в этом году такая тёплая? Особенно упирали на грудь: смотри, смотри, какая красная.
   Но когда я полезла в сумку за телефоном, снегири поняли, что начинается обязаловка, а они всё-таки птицы, они не обязаны. И упорхнули сразу в три стороны, как настоящие заговорщики.
   Но мы видели! А это гораздо более древний способ, чем фотография. И всегда получается.

четверг, 30 января 2020 г.

Глеб Ромашкин и рубашки

   Один человек из моей реальной жизни распределил свои рубашки между днями недели и на работу ходил строго: в понедельник - в белой; во вторник - в голубой; в среду - в голубой, но другой; в четверг - в голубой третьей... Правило соблюдалось неукоснительно. В воскресенье он все рубашки последовательно гладил, а потом всю неделю ходил.
   Мне показалось, что из этого может получиться неплохой сюжет. Но для взрослых из него ничего особенного не выжмешь: все ходят на работу, у всех рубашки. Ну и что?
   А так получилось, что Игорян - тогда ещё дошкольник - тоже обладал несколькими рубашками. Как-то они были тогда его стилем. Была у Игоряна рубашка в горошек, очень милая. И обязательно в клетку, и джинсовая. Даже была чёрная в мелкую звёздочку. Полный гардероб готовых прототипов.
   Я совместила одно с другим и придумала Глеба Ромашкина, который каждый день ходит в свой детский сад в определённой рубашке. Опять же и практическая польза налицо: с помощью этих историй можно легко выучить дни недели всем, кто не знает. Или не помнит.
Всё это не совсем обычно для меня, но очень уж привлекла рубашечная идея.
   Но совсем без картинок такое не опубликуешь, и долго Ромашкин мой Глеб лежал без пользы и без читателей. Пока моя дочь не нашла время в своём очень плотном графике.
"Только ты не рисуй мне леденцового пупсика-добрячка", - пожелала я.
"Не волнуйся, - ответила моя дочь. - Это не мой стиль. А медведь такой пойдёт?"
   Медведь пошёл. И сегодня у меня большое событие, подкреплённое недавно посетившей меня мыслью о том, что всё написанное надо публиковать. Поэтому я публикую сегодня Глеба Ромашкина со всеми его рубашками, надеясь на пользу и на читателей.

понедельник, 27 января 2020 г.

Продвинулись

   В магазине "Пятёрочка" продавали личи, по 199 руб. 99 коп. за килограмм. Мне это нравится. Сразу видно, что копейка бережёт рубль.
   А я когда- то ела йогурт "ананас-личи". Но не поняла, кто именно в нём личи, а кто ананас. Ещё были вкусы "персик-маракуйя" и "апельсин-манго", из той же оперы. Но живых личи раньше видеть не приходилось.
   Оказалось, ничего особенного: маленькие как будто шишки цвета утренней зари или цветущей сакуры. Любопытно, но не настолько, чтобы платить 199 руб. 99 коп.
   Конечно, личи никто не брал. Но сам их факт говорил о многом.
В книге Кира Булычёва "Сто лет тому вперёд" мальчика Колю угостили в 2082 году мангодыней. "Видишь, - говорит Коле мальчик из будущего, - как легко отделяется косточка, не то что у настоящего манго". "Знаю, - кивает Коля, - там пока косточку достанешь, все пальцы соком перемажешь". А потом ест и не может понять, совсем как я: кто здесь дыня, а кто манго. Но вкусно. Вкусно и ладно.
   И где же это Коля в своём родном 1982, пусть даже в Москве, мог видеть манго? Разве что во сне, после просмотра передачи "Клуб кинопутешественников". Или в учебнике ботаники для пятого класса. Там действительно манго был нарисован очень красочно и так в разрезе аппетитно, что его хотелось попробовать ужасно и безнадёжно.
   Через много лет моё желание исполнилось, и, конечно, я была разочарована. Манго оказался странным, каким-то даже химическим на вкус, с действительно огромной неудобной косточкой. На один раз. И скорей обратно к яблокам.
А про Колю - это всё фантастика, разумеется.
   Но вот и в нашей "Пятёрочке" лежат свободно и никому не нужны личи акварельного цвета.  Личи, манго, маракуйя - какая разница? Лежат. А лет прошло...десять, двадцать, тридцать... Прошло тридцать восемь лет. Треть пути и ещё немного.
   Представляете, как мы продвинулись в сторону будущего? И это не считая интернета со смартфонами...

четверг, 23 января 2020 г.

Нарочно не придумаешь

   Иногда я жалею, что нет больше на свете журнала "Крокодил", и некуда отправить.
Мой папа выписывал "Крокодила" - яркого, жёсткого, очень зубастого. "Крокодила" во все годы делали такие же яркие, зубастые, очень талантливые мужчины, и его энергетика, конечно, не могла привлечь меня в детстве.
   Кроме рубрики "Нарочно не придумаешь". Со всей страны присылали в эту рубрику люди курьёзы и нелепости нашей жизни - начиная с вывесок и ценников, заканчивая выписками из милицейских протоколов. Здесь были объяснительные записки, жалобы, объявления, цитаты из телепередач и публичных выступлений, стишки из районных газет... Всё, что не придумаешь нарочно.
   Это было нечто подлинное, живое, смешное по-настоящему. Абсолютно непосредственное и потому бесценное.
"Держите деньги - улетают!" (Объявление на железнодорожной кассе).
"Прошу разобраться в хулиганском поступке моего соседа Б. М. и строго наказать. У меня пропали гуси - 20шт. Он написал письмо в радиоузел и попросил, чтобы исполнили якобы любимую мою песню "Ой вы гуси, до свиданья..." После этого надо мной все стали смеяться".
"Принят на работу в должности мешкотряса первого разряда" (Запись в трудовой книжке).
"Изъято сердце на цепи, на сердце видны следы зубов" (Из протокола обследования медальона).
"Я не был на работе 25 дней ввиду того, что купил в городе Новошахтинске корову, а в автобус до Зверева меня с ней не пустили, и мне пришлось вести её пешком."
"16 мая состоится педсовет на тему: "Ликвидация проблесков знаний у учащихся. Явка всех учителей обязательна."
И - самое поразительное, загадочное, врезавшееся навсегда в мою память: "Зоопарку требуется слонопротирщик задней части"...
   Рубрика "Нарочно не придумаешь" научила раз и навсегда: смешное рядом, нелепое повсюду. Да хоть бы и в книжном магазине. Я редко хожу в книжный покупать, больше думать, смотреть. Сейчас в книжных много всего, кроме посетителей. И хоть Фрейда сейчас принято в основном ругать, человеческое подсознание никто ещё не отменял.

вторник, 21 января 2020 г.

Ничего лишнего

   После того, как я удалила из соцсетей группу своих стихов, друзья стали меня ругать. Прямо ругать, чего я не ожидала. "Зачем ты это сделала? Вот зачем?"
   Но меня так просто голыми руками не возьмёшь, у меня всегда наготове запас сокрушительных доводов. Всё же просто: нет подписчиков - нет результата. А если нет результата, то и нет смысла. Так?
   Но друзья стучали по дереву, как по голове, и продолжали ругать: "Тебя вообще не должны волновать эти вопросы. Твоё дело - опубликовать написанное, то есть дать возможность людям просто его увидеть. А ты их этой возможности лишаешь."
   Да кто будет читать это написанное?
 "Повторяем ещё раз, - говорили мои терпеливые друзья. - Тебя это не должно волновать."
   А потом ко мне пришла пить чай писательница Татьяна Сапрыкина. "Сказать тебе, что ты делаешь? - спросила она, глядя на меня поверх очков, как грозная Нина Ивановна по литературе в четвёртом классе. - Ты убиваешь своё творчество!"
   Да бессмысленно же всё это, Таня, неэффективно, мартышкин труд, бери ещё печеньку...
"Даже один читатель, - сверкая очами, игнорируя печеньку, сказала Таня - Даже один-единственный читатель - это уже аудитория. А значит, первое, что ты должна сделать сейчас в своей жизни - это восстановить группу."
Да как же восстановить? Её нельзя восстановить.
"Значит, открывай новую."
   Да у меня названия нет, картинки нет, много материала нет... Это были самые никчёмные и смешные отговорки из всех существующих.
   "Твой главный противник - это страх, - говорил в старом фильме старый мастер своему ученику. - Мастерство не знает страха. Победишь себя - обретёшь новые, неведомые силы. Научись забывать, меч перед тобой или чертополох, сильный противник или слабый."
   Научись забывать о количестве просмотров, для начала. О том, что сносить и вновь создавать группы и подгруппы - это будни психопата.
   Но зато с новой попытки можно сделать так, как хочется, как всегда хотелось - только слова. Потому что это моё - слова. Малые формы творчества.
На этот раз тут https://vk.com/public191073020

пятница, 17 января 2020 г.

Булычёв и фонарик

   На зимних каникулах почти каждое утро, в семь тёмных, непробудных часов, Игорян приходил одолевать вопросами.
 - Мама! Почему в книге напечатано не "пёс", а "пес"?!
 - Видишь ли, Игорян, - бормотала я, не выходя из подсознания, - слова с буквой Ё печатаются в книгах для самых маленьких, которые только учатся читать. А читатели со стажем поймут без точек, что "пес" - это "пёс".
   Про стаж это я так сказала, для мотивации. Как и многие (почти все) современные дети, мой сын отнюдь не заядлый читатель. Когда мама Игорянова одноклассника рассказывала, как настигает своего мальчика под одеялом с фонариком за чтением очередной книги, и как домашняя библиотека вся давно перечитана, собравшийся рядом кружок родителей внимал почтительно и удивлённо. Примерно так слушали когда-то рассказы бывалых путешественников - о людях с пёсьими головами да про морского чёрта с рыбьим хвостом. Диковинка! Чего только на свете не бывает!
   Игорян отнюдь не с фонариком. Слушать он готов всегда, но это другое. Когда-то нужно начинать и самому. И я давно поняла, что личный пример читающих родителей, и разговоры, и дом, наполненный книгами, и остановка чтения на самом интересном месте, увы, ничего не гарантируют. А хочется ведь, чтобы ребёнок был - пусть не с фонариком, я с фонариком сама никогда не была - но чтобы, кроме календаря осьмого года, в иные книги глядел по собственному желанию, и не время от времени.
   Почему хочется? Потому что дети сейчас пошли очень умные, но им не хватает пищи для размышлений. Всё мелькает, толпится, кружится, наскакивает одно на другое, проматывается - скорей, скорей! Пролетает сквозь мозг и душу в непереваренном виде.
   В языковой школе, которую посещает Игорян, мальчик-первоклассник, увидев на стене фотографию, спросил у мамы: "А почему здесь не показано, сколько лайков?"

среда, 15 января 2020 г.

Та штука, для головы

   Эта вещь относится в моём доме к категории странных. Откуда она взялась - неизвестно. Получить такое в упаковке я точно не могла. Но факт есть и вещь есть.
   Официально и скучно она, должно быть, называется "массажёр для головы", и форму эту открыл однажды учёный человек - психолог, физиолог и менеджер крупного звена. На себе однако испытать не смог - знал, что почему-то не будет того эффекта. Позвал детей, позвал жену, позвал кошку с собакой. По очереди каждому проволочной лапой изобретения массажировал голову, а потом бросался к компьютеру и стучал на клавиатуре выводы: кошка с собакой испугались лапы над головой и убежали, а домочадцы все до единого были в восторге и мурашках, стояли в очереди за второй и третьей порцией. Эврика! Внедрить в массы.
   Я называю эту вещь просто: та штука, для головы. Ведь голова - очень нервная наша часть, очень чувствительная, она требует заботы и внимания. По форме штука напоминает кулинарный венчик для взбивания; а если забыть её на голове, то человек станет похож на персонажа из фильма "Кин-дза-дза" эцилопа. Ручка штуки будет похожа на антенну, по которой прямо из космоса, прямо с других планет потечёт в мозг важная и свежая информация.
   И голова перестаёт быть нервной, она постепенно становится светлой, лёгкой и очень-очень вместительной.
   Смешная штука. Не знаю, откуда она у меня появилась. И все, у кого есть в точности такая же, не знают. Нужная, говорят, вещь. До мурашек. Ведь головы у всех пошли чересчур нервные, а хочется лёгких, светлых и  вместительных очень-очень.

пятница, 10 января 2020 г.

Правила икры

   С икрой у меня всегда было строго по правилам. Её первое появление в моей жизни - тогда шести- или семилетней - было красочным и праздничным. И был день, и был солнечный свет сквозь стекло балконной двери, сквозь белый тюль. И весь он концентрировался на стеклянной (если не сказать хрустальной) тарелочке, наполненной не слишком, но всё-таки весомо пронзительно оранжевой пищей. Мелкими шарами, в каждом из которых отражалось солнце.
   Смотреть на эти шарики в стекле (если не сказать хрустале), под этим солнцем, в этот день было очень радостно и очень приятно. И один из сидящих за столом гостей золочёной чайной ложкой из набора, подаренного моим родителям в день свадьбы, спокойно эти шарики зачерпывал и ел - с видимым удовольствием проглатывал их вместе с солнцем.
   Это было чудесно. Настолько, что я тоже зачерпнула ложкой один хорошенький оранжевый шарик...
   Фу! Гадость! Взрослые в очередной раз не оправдали надежд (если не сказать обманули). Спасибо, я больше не претендую на вашу малую, круглую, неизвестно где добытую и очень противную еду.
Таковы правила.
   Где, в какой момент совершается в нашей жизни таинственный переход от икорной ненависти к икорной - не любви даже, страсти? С полностью потерянной волей, когда всё понимаешь головой, но контроль над чувствами потерян: бутерброд, ещё бутерброд.

воскресенье, 5 января 2020 г.

Главная соль

   Почему бы и нет? Чем не подарок? Может быть, даже один из лучших. Я получила пузатую банку с маленькими как на подбор, но не "черри", а полноценными и живыми помидорами в своём соку. А вторую банку продолговатую - с помидорным зимним салатом, похожим на музейный экспонат. Собрано в таком-то году, в заповедной дачной зоне под Новосибирском, где в горной речке обитает форель, и местный дедушка ловит её прямо на крючок, чтобы потом его бабушка сварила уху. Где живёт редкая рыба подкаменщик обыкновенный.
Вдруг и помидоры оттуда заповедные? Значит, есть немедленно!
   О, соленья! Зимние спутники моего детства - как санки и коньки. Настоящие, а не как сейчас: один ленивый огурец в месяц да случайный помидор в гостях. А больше и не нужно.
   Тогда каждая принесённая из подвала банка становилась на краткий миг членом семьи. Открывалась, как дверца в каморке папы Карло: хрустят ли? не пересолили?
   Огурцы, конечно, предпочитались. Какой ребёнок будет есть мягкие и вялые, капающие невпопад соком помидоры? Это только если совсем нет огурцов, но так никогда не бывало.
   Огурцы были главной солью, главным зимним смыслом. Никакая картошка не мыслилась без них - сама горячая, огурец прохладный. Наши непереводимые, заповедные огурцы. А теперь уже с полным правом и в полную силу - помидоры.
                           Скрипя о банку боками,
                           Явился, хрустящ и свеж.
                           Садитесь, укропный, с нами.
                           Скорее повдоль разрежь.
                           Пусть медленно в банке бродит
                           Далёкий, как летний зов,
                           Оставшийся лист смородин,
                           Чесночный набор зубов.
                           В солёном до слёз рассоле
                           Останется муть, как суть.
                           Но мы не хрустели что ли,
                           Мечтая ещё черпнуть?

пятница, 3 января 2020 г.

Подлинники и подделки

   Смотрим вместе с чаем и конфетами фильм "Трасса 60". А там в музее поддельного искусства ходит с интеллектуальными лицами небольшая группа леди и джентльменов. Вот в этом зале у нас подлинники - Ван Гог, Сезанн, Гоген... Они, разумеется, не продаются. Но зато вон там, в мастерской, вы можете приобрести копии, сделанные моим племянником, по триста пятьдесят долларов за штуку.
   И высокие лбы ценителей тут же морщатся, духовные лица светятся истинным превосходством: работа неплохая, но поспешная, в ней нет души; а там мазок небрежен. Дешёвка она и есть дешёвка, ничего не поделаешь.
   А того не знают лбы и лица, что как раз там, в зале, висят дешёвые копии, а здесь небрежно расставлены на мольбертах именно подлинники. И за восемь лет из них не был продан за триста пятьдесят долларов ни один.
   На том и держится вся поп-культура. Всё, что висит в парадном зале, и есть подлинник. На том и держится всё поп-сознание: что купил, то и моё. Но какие бы цифры ни выкрикивали люди на своих смешных аукционах, у картины Ван Гога будет только один хозяин - Ван Гог.
   Человек даже не может себе позволить назвать подделку подделкой без риска. То скажут ему: не завидуй, не ворчи, не будь старомоден. А то зададут разящий наповал вопрос: а сам-то ты чего добился в жизни?
   Как это чего добился? Он своими силами научился отличать Ван Гога он не Ван Гога. Не так уж много, а на аукционе не купишь, хоть девятизначное выкрикивай.
   Что ему это даст? Ничего, кроме умения, отличать Ван Гога.