Здесь остановимся.
Когда на земле появилось время, оно выглядело как весна. Оно выглядело, как река, которую потом назовут - Кия. Подвесят от берега до берега мост - качаться меж волной и небом; смотреть, не ходит ли в глубине большая рыба.
Весной будут горы хорошо питать Кию белыми, усиленно калорийными булками снегов. Потеряется талия Кии в прибрежных зарослях, затрещат по швам её берега. Выйдет из себя Кия по всей своей извилистой длине, играючи проглотит мост меж волной и небом. Радостно встрепенутся рыбы в её новой глубине.
Ёлки, по колено в реке, будут стоять ошеломлённые и счастливые. Как дети, которые вышли во двор в разноцветных резиновых сапогах - мерить лужи. Долго и осторожно бродили, пока, наконец, не зачерпнули левым. Потёк обжигающий холод, как будто в самое сердце. А правому сухо. И что теперь делать? Стоять и думать две секунды: домой или снова бродить? Черпать правым для равновесия.
Конечно, бродить!
Так и ёлки. Только их две секунды по-другому длятся, по-древесному. Поэтому нам и кажется, будто они стоят.
Много воды, мало суши...
Время было рекой. Стремительной, бесконечной рекой светло-кофейного, зелёного и синего цвета. Она наполняет до краёв и проходит насквозь. Тихо шелестит гладкими камушками. Но даже самый маленький не унесёшь с собой. Потеряет камень без Кии силу, потеряет память. Пусть лежит он, где положено.
Сказано в книге, которая тоже началась весной: "Здесь, у реки, есть всё, а чего нет - то никому не нужно."
И был ветер. И был он в ивах. И был очень сильный в берёзах. Если стоять здесь долго, в древесном времени, из потайной своей норы выйдет здешний зверь.
А то и два целых зверя. Зверь он и она.
Переговариваясь на своём древнем, водном и шерстяном языке, кружили они вокруг травяной кочки. Боролись с течением. А Кия влекла их, играла длинными хвостами. Сливались ладные бурые тела со всем окружающим миром.
Но вот - одно неосторожное движение, и звери смекнули, что я не дерево. Камнем ушли в воду, как не бывало их. В тайные свои норы ушли, и ждать бесполезно.
Но ветер остался. Остались ивы и река. Осталось всё, что нужно. Осталась весна, с которой однажды всё началось.