В мире снежном и талом вырос зелёный двухэтажный дом. Его приобрёл когда-то для своих летних сезонов Фёдор Михайлович Достоевский. Очень скромный - сказали бы тогда. Но так уж повелось у гениев - всё самое скромное переплавлять в бессмертное.
Работалось Фёдору Михайловичу в Старой Руссе плодотворно. Окно его кабинета, конечно же, было всегда открыто - на цветение сирени, на полёт шмелей, на птичий гомон, на яблочный аромат и течение реки Перерытницы. Из-под пера Фёдора Михайловича уверенно шли "Братья Карамазовы". Мелким бесом выпрыгивал нехороший Смердяков. Выпрыгивал из телефона его двойник-уведомление: "Обвал цен - как снег на голову. Успевай до..."
И в тот же миг грузно сползла с соседнего дома и рухнула на тротуар порядочная снежная глыба. Как же здесь ходят люди?
А люди и не ходили. Улица была пустынна, как в первые мифические времена. Тихо! Идёт написание великого романа всей человеческой литературы.
На перпендикулярной улице, как в параллельном пространстве, проезжали машины со скоростью двадцать первого века, с криками расходилась по домам начальная школа.
- Здравствуйте! - сказала нам протяжным басом маленькая первоклассница.
- Здравствуйте! - звонким дискантом отчеканил мальчик в оранжевой шапке.
Здесь это ещё сохранилось. А местных жителей зовут: рушанцы.
Сколько ни броди по Старой Руссе, а собор не минуешь. Обшарпанно-белый, как будто заброшенный. А на самом деле здесь выставка и музей. Большие ступени, тяжёлая резная дверь. Экскурсовод с шалью на плечах проведёт экскурсию - может быть, единственную за весь день. В холодном сводчатом зале с уходящим с небеса потолком и остатками старинных фресок на стенах лежат рукотворные изделия, берестяные грамоты, фрагменты посуды, в которой варили здесь соль. Богатели на соли. Подвергались набегам и ограблениям. Пришли в упадок...
Новое взошло здесь время, а с ним и много тишины. Как будто гениальный роман ещё не дописан. Или не прочитан. Или прочитан до конца.
Комментариев нет:
Отправить комментарий