Ещё три года зимы

   Зима у нас продолжается ровно сто лет, а потом ещё три года. Сто прошли, осталось три. И эти три бесконечны, три докучны, как сказка про очень белого бычка.

   Рассказать тебе сказку про белого бычка? Расскажи! Ты говоришь расскажи, все говорят расскажи... Рассказать тебе сказку про белого бычка?

   Мы смотрим, как в календаре проходит число, а на улицах дует всё тот же ветер. Ледовитый, как целый океан. Внутри этого ветра три арктических согласных звука, между которыми не поместится ни один вдох. Потому этот вдох лучше затаить, поберечь до других времён.

   Если бы люди были полярными совами, они дружно развернули бы от такого ветра головы на 180 градусов, укрепились на лапах, редко и мудро моргая янтарными глазами.

   Если бы люди были белыми медведями, они слагали бы колыбельные песни про печальную рыбу Солнце и любовались в небе своими большими и малыми отражениями.

   У нас в запасе ещё целых три бесконечных года зимы, чтобы превратиться в сову или медведя. Мы обросли зимой, как мехом и пухом. Привыкли видеть в своём окне только трактор, сгребающий нескончаемый снег. Снова и снова падающий снег.

   Рассказать тебе сказку про белого бычка? Не надо! Ты говоришь не надо, все говорят не надо... Рассказать тебе сказку про белого бычка?

   Надо молчать.

Надо очень много молчать.

   Надо всем взять и молчать. Чтобы кто-то упорный и насмешливый перестал, наконец, рассказывать свою докучную белую сказку.

   А совы с медведями не обидятся, если мы в них так до конца и не превратимся.