Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

пятница, 2 сентября 2016 г.

Мгновенная вечность, бесконечный день

Бесконечность
   Особенно запомнилось первое сентября 1999 года. Ясное утро, синее небо, открытое окно. Прямо в комнату летели торжественные звуки из ближайшей школы, поздравления первоклассникам, песня "Буквы разные писать тонким пёрышком в тетрадь"...
   Я стояла у открытого окна со спящей невесомой дочкой на руках (ей от роду не было и месяца) и думала - за какими дальними далями для неё всё это, какая непреодолимая вечность, какая временная пропасть.
   Потом очень быстро прошли семь лет. Вечность оказалась не такой уж вечной, а пропасть отнюдь не бездонной. Первого сентября 2006 года я вела за руку свою маленькую дочку в ту самую школу, которую слышала когда-то из открытого окна. Вела мимо яростных рябин, мимо совсем зелёных ещё тополей. Вела в курточке малинового цвета, с пустым пока бирюзовым рюкзаком, у которого на крышке львёнок, а на спинке полезные ортопедические пупырышки.
   В тот год торжественно сдавали новое школьное здание, которое лет десять пристраивали к старому и, наконец, пристроили. Новая столовая, современный спортзал, по отдельному  кабинету для психолога и логопеда... Об этом торжественно говорила на линейке директор школы, потом взял слово мэр города, потом подмэр, потом кто-то связанный с молодёжной политикой, потом депутат-слуга народа. И вот, наконец, приветствуем наших первоклассников! Дождались. Теперь полновесные ученики. Теперь буквы разные писать тонким пёрышком в тетрадь.
   Корреспонденты городских новостей осветили событие тем же вечером по телевизору: вот на переднем плане длинноволосый мальчик-выпускник ведёт за руку прямиком в новенькое пристроенное здание мою первоклассницу в малиновой курточке.
  Я смотрела и думала - за какими дальними далями её последний школьный класс, какая вечность, какая временная пропасть...
  Потом очень быстро прошли ещё десять лет.
   И новая-старая школа по-прежнему приветствовала своих первоклассников. И я ума не приложу, как единственный одиннадцатый класс вёл за руку к знаниям сразу четыре первых. И не узнаю никогда. Потому что в этот день моя дочь, одетая нарочито антишкольно, принесла домой синий студенческий билет. Вручили в музее Рериха в торжественной обстановке, всему первому курсу новых живописцев. Все очень понравилось, всё такое новое!
 - Ничего, - говорю, - у вас же есть куратор. Она в случае чего непонятное вам объяснит.
 - Ну почему обязательно она? - сдержанно сияя, ответила Эвелина. - Наш куратор мужчина, преподаватель академического рисунка.
И показала в планшете фотографию - интеллигентное лицо лет 55-60.
Так мне! Почему обязательно она? Ведь школа кончилась.
   Да, школа кончилась. Не стану врать, я не любила школьные первые сентябри. По-настоящему праздниками они стали для меня уже в студенческие годы, хотя в них не было ничего внешне праздничного, никаких букетов и речей, а сразу лекции по расписанию.
   Но хорошо помню, как начинала тяготиться августом уже в середине, как подгоняла время - быстрей! ещё быстрей! Потому что невыносимо уже, как соскучилась по друзьям, по учёбе, даже по нашему битком набитому студенческому автобусу стосковалась. И казалось, что никогда не кончатся те весёлые пять лет.
   А теперь понимаю, как незаметно пролетят студенческие годы моей дочери, как нужно срывать каждый день, ловить мгновение, насыщаться на всю жизнь этой счастливой лёгкостью, беззаботной уверенностью, что именно тебе поручено немедленно изменить этот мир к лучшему.
   Мы неторопливо шагали с Игоряном по улице в три часа дня. И несмотря на то, что торжественные линейки давно закончились, город был наполнен белым, чёрным, бордовым, клетчатым, новыми ботинками, бантами, распахнутыми куртками. В нашем заветном дворе всегда пустующие качели были заняты навсегда подружками в чёрно-белом.
   Прошла, взявшись за руки, стайка совсем взрослых старшеклассников; прошла худенькая третьеклассница с огромной обкусанной булкой; прошли важные родители важной девочки, на жилетке которой красовалась эмблема очень престижной гимназии с английским уклоном.
И только никак не хотел проходить этот день - холодный в начале, жаркий к вечеру.
   Я поймала себя на мысли, что присматриваюсь к мальчикам-первоклассникам. Вот один из них, в новом костюме, с аккуратной стрижкой, штурмует детскую горку. Верхняя пуговица белоснежной рубашки расстёгнута, галстук-бабочка болтается на груди. А ведь, должно быть, им не очень-то удобно во всех этих галстуках и костюмах.
Через два года я всё узнаю точно. Быстро подойдёт новая школа. Ещё быстрее закончится.
   Вечером вспомнили, что надо бы торт. Но оказалось, не мы одни такие умные, не у нас одних первое сентября. Перед кассой змеилась очередь, а в витрине осталось всё самое несъедобное и дорогое: "Купеческий" за 720 рублей, "Киевский" за столько же. И всё-таки "Наполеон" мы нашли и купили.
   Впереди шла молодая женщина с девочкой лет девяти. Они тоже несли торт в коробке. Девочка была до сих пор в школьной форме, и я снова подумала, как, должно быть, неудобно весь день в парадной блузке, в белых колготках и новых туфлях. Как мгновенна предстоящая ей вечность, как бесконечен этот первый день...


2 комментария:

  1. И опять я плачу... в сотый раз)))

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Поплакать - это обязательно. А потом - радоваться, что они такие у нас выросли.

      Удалить