Праздник выпускников. А я...
Я не была здесь сто лет. С тех самых пор, как в последний день шестого класса закрыла с обратной стороны парадную дверь.
Не верилось, что ухожу. Это какая-то ошибка мироздания. Никакой другой школы в моей жизни быть не может.
Но было именно так. Другая школа - через время привычная, не хуже многих школ. Случалось в ней хорошее, и отличное, и даже отличное с плюсом, но...
Я называла другую: школа, которую я окончила.
Я называла ту: моя школа.
И вот моей школе 90. У неё модные турникеты на входе и охранник. Сегодня он не спросит бдительно: вы чьих будете? а по какому вопросу? предъявите все свои паспортные данные. Насквозь видит, что я не была здесь сто лет.
...Мы тогда ходили со двора, чёрным ходом. В глухой темноте раннего январского утра он казался ещё чернее. Хотелось видеть сны, а не записанную на доске, застывшую навеки посреди бесконечного вторника дату. Никогда не закончится зима, третья четверть и страшный опрос по русскому...
Но приходил май. Распечатывали наглухо закрытые парадные двери - как знак, что свобода не за горами. И были распахнуты как будто в мир непривычно широкие двери.
Звонок для учителя. Урок окончен. Можете идти на перемену.
А перемена большая.
То ли зимы теперь стали мягче, и больше не нужно беречь тепло. То ли нельзя угнетать ничем чёрным ранимые детские души. Только парадный здесь больше не роскошь, а будничный дверной проём. Но я-то вхожу с трепетом, как в первое первое сентября, вслед за первой нашей учительницей, прямиком за первую парту в первый ряд от двери...
Моя маленькая девяностолетняя школа.
Всё здесь стало современнее, ярче, удобнее. А буфет называется как книга про пионеров и вампиров: "Пищеблок", и аккуратные раковины в ряд вместо стола для пинг-понга. Исчезли бесследно фонтанчики для питья. Пусть. Но коржики и легендарные беляши покупали здесь. В этом коридоре играли на перемене в "Ручеёк". В эти окна смотрели, как падает на тополя первый снег.
Здесь остались навсегда отпечатки наших душ, здесь перекликается эхо наших голосов и звучат учительские шаги в тишине коридоров. И кабинет истории следует за кабинетом биологии незыблемо, как декабрь за ноябрём. География-математика-химия... Заклинание, которое поворачивает время вспять.
Простите, я не узнаю вас в гриме. Как ваше имя-отчество?
И - первое изумление в глазах. И узнавание!
Мы только повзрослели, мы не виделись сто лет. А в остальном - прежние ашки, бэшки, вэшки.
Дорогие хулиганы, любезные двоечники! Профессиональные дергуны за косички, едоки яблок, принесённых на ботанику для разглядывания в микроскоп! Списывальщики домашних заданий и забывальщики дома головы и дневника! Миленький бородатый отличник, с которым в четвёртом классе рисовали стенгазету!
Обнять вас и плакать.
Плакать и обнять.
И Колю, и бесконечную череду Андреев, и Серёгу. Помнишь? Всё помню.
Девочки! С ума сойти, девочки!
А Димка?
Димка умер... Давно уже. Ты не знала?
И разговоры. И почти не тронуты щедро накрытые столы. Да мы ведь подозревали, что еда - не самая главная человеческая потребность.
Они все здесь выпуск, а я после шестого... Парадная дверь с обратной стороны.
- Всё равно ты наша! - твёрдо говорят девочки и мальчики без грима. Свои девочки и мальчики, у которых не спрашиваю отчеств. Потому что всегда буду называть их по именам.
Комментариев нет:
Отправить комментарий