Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

понедельник, 9 февраля 2015 г.

Совместный отпуск


Они уехали
   Осенью 2009 года я наконец уговорила свою лучшую подругу Ольгу, чтобы она уговорила своего мужа Вадика. И всем вместе, но без детей, съездить на море. Очень уж подозрительно и удачно совпало у всех нас время отпуска.
   А чтобы окончательно почувствовать себя великими путешественниками и максимально испытать все эмоции, мы решили ехать в Севастополь поездом. Это значит, двое суток до Москвы, а потом ещё одни сутки в южном направлении. Но мы же без детей.
   И моя подруга, которая до этого ни разу в жизни не выезжала за пределы Сибири, готовилась к поездке, как к выходу в открытый космос. Мы взяли с собой всё самое необходимое - купальники и тёплые куртки. Октябрь уж наступил. Поэтому неизвестно, в какое время года мы приедем через полнедели. А в какое время года вернёмся ещё через три недели, неизвестно тем более.
   Солнечным и тёплым утром мы отправились торжественно. Потому что фирменный поезд "Новосибирск-Москва" ("Сибиряк") отправляется от главного перрона нашего города с большими почестями. И прибывает из столицы так же. По этому случаю бодрый мужской два раза в сутки радует пассажиров, провожающих, а заодно уж и жителей всех окрестных домов хитом под названием "Гимн поезда №25 (№26)."
   Только мы расположились, осознав, что раздвижная дверь с зеркалом разом отгородила нас от всех земных проблем, из динамиков грянуло:
                                    Этот поезд с жёлтой полосой,
                                    Он пролил на моё сердце солнца свет,
                                    Города связав между собой,
                                    Повстречал однажды нас на много лет.
                                    И в купе зажжён вечерний свет,
                                    Монотонный слышен стук колёс.
                                    "Сибиряк" один, другого нет,
                                    Мой ответ на заданный вопрос.
   Мы уже поехали, и поплыл мимо окон наш зелёный весёлый вокзал, а голос продолжал махать нам вслед незамысловатыми рифмами:
                                    "Сибиряк", той жёлтой полосой
                                    Моя жизнь проложена к тебе.
                                    "Сибиряк", попутчик милый мой,
                                    "До новых встреч!" - мы говорим тебе.
    Надо сказать, что попутчиков в вагоне было не густо - приблизительно половина. Всё больше работники железной дороги с правом бесплатного проезда да любители неспешных передвижений. Другая половина сидела в аэропорту, потому что билет на самолёт стоил приблизительно столько же, сколько на "Сибиряк", если не дешевле. Наверняка у другой половины не было в запасе и двух лишних суток.
   А у нас были. Мы ехали, а Сибирь за окном всё никак не кончалась. Потом никак не кончался Урал. И Москва наступила как-то внезапно, огорошила и навалилась всей массой ранним тёмным утром.
    Мы выбрались на промозглый перрон из тёплого вагона, из-под толстого Транссибирского пледа. И, натянув на себя все, какие были, куртки, поехали на Курский вокзал.
                                    Этот поезд с жёлтой полосой
                                    С пункта А спешит до пункта Б,
                                    Чтоб решить задачу нам с тобой,
                                    Снова что-то изменить в своей судьбе.
                                    Этот поезд, он всегда с тобой,
                                    С ним быстрей движенье времени в пути.
                                    С ним до счастья нам подать рукой,
                                    Всё, что ты терял, возможно с ним найти.
   Моя подруга, почувствовав необратимые изменения в своей судьбе, покрепче ухватилась за мужа, чтобы не потеряться в толпе ненароком. А на счастье приблизительно через 30 часов мы очень и очень надеялись.
   Забравшись в следующий поезд, мы первым делом спросили чаю. "Канэшно, друзья!" - весело рявкнула черноволосая проводница необъятных размеров. И мы снова обрадовались путешествию.
    На следующее утро опять стало жарко. Пока мы щурились от солнца на севастопольском перроне, перед нами, как лист перед травой, выросли двое: энергичная женщина Елена и молчаливый мужчина Василий. Они пожелали сдать нам лучшую в мире квартиру. Сбежать нечего было и думать. "Найдём, найдём! Любой вариант! - кричала Елена, подталкивая нас к маршрутке, всем южным темпераментом наваливаясь на наши барабанные перепонки. - Хоть в центре, хоть на море! Найдём!"
   Потом, разговаривая с Еленой по телефону, мы отодвигали трубку от уха сантиметров на 20, спасаясь от бьющей ключом энергии. Василий за всё время не проронил ни слова. Наверное, они доводились друг другу антиподами.
    Мы поселились в квартире с видом на магазин "Горячий хлеб" и торжественно выпили по этому поводу вина. А потом спрятали подальше все куртки и пошли гулять.
   На следующее утро открылось ужасное. Оказалось, что Вадик - "жаворонок", и ничего не может с этим поделать. Приблизительно в 7 часов утра он просыпался, шёл в ванную, а потом на кухню. Он не умел валяться в постели - просыпался и сразу принимался за дела.
"Вадик! - пытались мы взывать к его совести тремя сонными голосами. - Отдых же! Отпуск же! Вадик, что ты! Зачем?"
   А дело в том, что "жаворонки" просыпаются не только бодрыми, но и внезапно голодными. "Что я могу сделать, если организм требует?" - говорил Вадик. И вскоре на кухне начинал шуметь чайник, стучать нож о разделочную доску, греметь кастрюля.
"Завтрак готов!" - объявлял Вадик ещё через какое-то время. И мы выползали из своих комнат прямо к столу, на котором уже дымились горячие вареники с творогом или картошкой; в большой миске краснел, истекая соком, салат из помидоров и сладкого лука; горкой лежали ароматные булочки. И свежий чай был крепок.
Вообще, это было недурно. И мы уже не жалели о внезапно прерванном сне.
   И было тепло. Мы бродили по белому, ветреному и свободному от туристов городу. Мы загорали на пустых пляжах, а потом входили, поёживаясь, в прохладное уже всё-таки море. И, привыкнув, плавали долго.
   Мы ездили по всему южному берегу. Смотрели, как возвращаются рыбаки и отдают часть своего улова знакомым котам. Мы покупали у старушек зелёный и чёрный инжир и ели его прямо на ходу. И нас никто никуда не зазывал - благодать и тишина, вот что это было такое.
   Только один раз на нашу дорогу вышли неизвестно откуда молодые люди то ли кавказской, то ли турецкой национальности, и спросили, не желаем ли мы прямо сейчас за небольшую плату подняться на вершину горы Ай-Петри и полюбоваться видом, который оттуда открывается.
    А вся вершина Ай-Петри в тот день была густо затянута чёрными тучами. Мы обратили внимание молодых людей на это обстоятельство. "Тучи? Тучи не надо?" - вскричали они. "Тучи всё закроют, и мы ничего не увидим", - объяснили мы. "Пока поднимаемся наверх, туч не будет. Они уйдут", - поделился своим личным прогнозом один из проводников. Но мы ему не поверили, тем более что снизу тоже открывался вид хоть куда.
   Тут Вадик напомнил, что пора бы уже и пообедать как следует. Время, время, а мы и забыли о нём.
   Мы гуляли и гуляли без конца. Однажды брели вот так по улице Советской, с трудом переставляя гудящие от ходьбы ноги. На крыльце одного из домов сидела и курила очень колоритная дама, а рядом на ступеньке лежал и грелся на солнце толстый чёрный кот. "Обедать будете? - спросила дама без предисловий, окинув нас опытным взглядом. - Вас больше нигде так вкусно не накормят. Заходите!"
   Мы хотели обедать и мы зашли. А через полчаса тяжело спустились по ступенькам заведения Ирины Ивановны и обессиленно упали на скамейку в ближайшем сквере. Борщ, зразы, селёдка под шубой и двойной компот не давали нам подняться ещё полчаса.
   Теперь мы знали точно, где будем обедать завтра. И послезавтра тоже. И все дни, пока не выйдет время, пока не закончится чудесный октябрь с тёплыми днями и прохладным морем.
   Но то был день. А утром, ровно в 7 часов, Вадик, муж моей лучшей подруги Ольги, выходил на кухню по требованию своего организма. И говорил нам: "Завтрак готов!" И мы, ехавшие двое суток напролёт, а потом ещё сутки, наслаждались ранним часом далеко-далеко от дома. Потому что обратная дорога будет длинной - спи да спи. Холодная Москва, бесконечный Урал, громадная Сибирь, зелёный вокзал. Голос гимна:
                                   Этот поезд с жёлтой полосой,
                                   И когда я захожу в вагон,
                                   Понимаю, что попал домой,
                                   Возвращаясь на родной перрон.
                                   Он спешит стальною колеёй,
                                 "Сибиряк" всегда узнаешь ты,
                                   Словно в детство он зовёт с собой,
                                   Этот поезд из твоей мечты.
Так сбылась наша мечта. Но кто знает, когда ещё так нереально и счастливо совпадут четыре отпуска сразу?







2 комментария:

  1. А мне почему-то стало грустно...Не знаю, почему, но не стало тепло и не захотелось на октябрьское море.. Наверное, ностальгия по этому отпуску у тебя сильнее радости.. Или грусть по тому, что это уже не случится именно так...И я это почувствовала. А может, просто я по-другому вспоминаю что-то счастливое в своей жизни?

    ОтветитьУдалить
  2. Светлая грусть скорее. Это была совсем другая по стилю поездка, не как наша августовская. Но тоже очень хорошая. Вспоминаем о ней с удовольствием. Мне вообще осенью отдыхается гораздо лучше. Могу часами смотреть на море с пустого берега, совершенно не переживая, что не могу зайти в воду из-за холода и ветра.

    ОтветитьУдалить