Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

среда, 25 февраля 2015 г.

Читать медленно

 
а
   Когда стало совершенно очевидно, что освоить слепой десятипальцевый метод печати на компьютерной клавиатуре не удастся даже через сто лет, я взяла и купила себе учебник по скорочтению. Было это в 2006 году. Видимо, какой-то судорожный порыв ускориться и успеть что-то неведомое двигал мной.
   Потому что читаю я очень медленно, хоть и очень давно. В школе, во время довольно мучительной процедуры под названием "проверка техники чтения" никогда не показывала блестящих результатов. Выступала хуже, чем могла бы, хоть и тренировалась усердно. И, видимо, сильно разочаровывала своих учителей. Они ведь надеялись на меня.
   Моя техника чтения и теперь оставляет желать лучшего. Зацепившись за какой-нибудь кусок текста, перечитываю, пережёвываю, смотрю в пустоту. А то и вовсе откладываю книгу, хожу из угла в угол. Вместе с куском текста в голове, естественно. Может быть, с Диккенсом:
"Это было лучшее изо всех времён, это было худшее изо всех времён; это был век мудрости, это был век глупости; это была эпоха веры, это была эпоха безверья; это были годы Света, это были годы Мрака; это была весна надежд, это была зима отчаянья; у нас было всё впереди, у нас не было ничего впереди..."
   А над стихами, бывает, сижу, как двоечник наедине с задачей про пункты А и Б. Самый прекрасный момент - тот, когда поезда ещё не встретились.
              Что толку: творил, шевелил, бубнил, боролся с душой и тушей?
              И всё говорил, говорил, говорил, и требовал: слушай. слушай!
              А может, не нужно собак и юрт, не нужен рассветный мак...
              Послушай, чего там вообще сдают?
              Хочу поступить на филфак. (Андрей Гоголев)
   Много ли успеешь такими темпами? А хочется ведь того и этого. Поэтому в один из дней жизни я решилась и купила "Скорочтение". Подзаголовок: "Уникальный курс (ясное дело, простой-то мне зачем?) по развитию навыков рационального чтения". А внизу обложки ещё и призыв в духе времени: "Сделай себя сам!"
   Оказалось, что делать себя самой не так-то просто. Даже скучновато, я бы сказала. Уникальный учебник начинался с теста "Оценка рациональности чтения", заполнив который, я получила наихудший результат: много времени трачу, не умею как следует сосредоточиться, но после нашего курса... И так далее.
   Второе задание было таким: включить секундомер и читать текст под названием "Мидии", а потом, не подглядывая, отвечать письменно на вопросы, главные и второстепенные: "В каком температурном интервале проживает мидия съедобная?", "В каких странах мидия является традиционной и лакомой пищей?"
   Тут я перестала делать себя, скоро-скоро пролистала "Скорочтение" и поставила его на полку. И пошла дальше иррационально жевать и пережёвывать, тратить время. Пусть жизнь коротка, а написано так много. Что успею, то моё.
   С тех пор я стала придерживаться ( и сейчас придерживаюсь) одного золотого правила. Никогда (слышите, никогда!) я не покупаю книгу, если не уверена в том, что буду читать её немедленно. Вот сейчас приду в нетерпении домой и сразу открою. Не вечером перед сном, не в ближайшие выходные, не когда-нибудь, а сию минуту.
   И потом ещё буду перечитывать с любого места текст, который уже знаю наизусть. С точки зрения рациональности - терять время. Наслаждаться, одним словом.
   Однажды в букинистическом отделе, на месте которого теперь магазин, торгующий колбасными изделиями, я купила очень невзрачную книгу, изданную в мире, где ещё не было меня. Год 1975. Имя автора мне совершенно ни о чём не говорило - какая-то Мария Киселёва. Сборник повестей и рассказов под общим названием "Зайди в учительскую".
Сейчас бы я назвала такой жанр фантастикой.
   Вот школьные учителя жарко спорят на педсовете, кто важнее: лирики или физики. Разделились на два интеллигентно не согласных друг с другом лагеря. Молодой физик Владлен Сергеевич весь, с головы до пяток, за научно-технический прогресс, тайну генов и молекул. А учительница литературы Инна Александровна ему в ответ: "Я говорю плохо, сбивчиво... Но Генрих Гейне, стоя в Лувре перед Венерой Милосской, плакал. Я была бы счастлива, если бы мои воспитанники...
 - Плакали?
 - Ну пусть не плакали, но поняли хотя бы немного больше того, что она голая."
   А потом ещё девятый "В" в полном составе приходит к однокласснику на день рождения. Шампанское впервые в жизни. Родители виновника торжества танцуют вальс перед изумлёнными большими детьми. Один мальчик показывает фокусы, другой поёт романс "Мне минуло шестнадцать лет", набросив на голову нейлоновый шарф учительницы. И наконец, все вместе подводят итоги конкурса на лучшее стихотворение. Сами решили провести, сами выбрали тему: "Часы" (говорю же: фантастика, самая настоящая).
"Мишин номер был последним. Миша встал, сдвинул свои чёрные брови, все сразу затихли.

                             Как-то в магазине антиквара
                             Я купил себе будильник старый.
                             Был футляр его кузнечным горном,
                             Впереди - фигурка кузнеца.
                             Я не мог найти на бронзе чёрной
                             Имени безвестного творца.
                             И любил глядеть, бывало, в спальне,
                             Освещённой тихим ночником.
                             Как кузнец в пустую наковальню
                             Бьёт и бьёт с размаху молотком.
                             Стук да стук! Берёт меня зевота...
                             Но однажды это "стук да стук"
                             Подсказало мне как-будто что-то
                             Иль напомнило? А что? И понял вдруг.
                             Эта ночь была тоски печальней...
                             Как же раньше я не замечал,
                             Сколько сам в пустую наковальню
                             Я часов из жизни простучал.
                             И с тех пор коварнейшая штучка
                             Не даёт мне беззаботно жить.
                             Видно, умный мастер-самоучка
                             Мудрый смысл сумел в неё вложить.

Миша стал победителем."
   Я уже давно оставила всякие попытки ускориться. Так и читаю медленно. И делаю себя не по уникальному курсу, а как придётся. Главное, чтобы наковальня никогда не была пустой.

Комментариев нет:

Отправка комментария