Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

четверг, 3 сентября 2015 г.

Уж Пушкин

Эвелина Васильева. Уж Пушкин
Пушкин в листве
   Однажды сдавали на оценку Пушкина. Я так думаю, что был это класс приблизительно пятый.
   Очень хорошо помню эти невыразимо тягомотные уроки, когда вызывают к доске по списку одного за другим, одного за другим. И так 30 раз подряд.
   Ответившие облегчённо маются от скуки, но учительница всё равно строго призывает их сидеть тихо, иметь уважение к товарищам и слушать, слушать, слушать осточертевшее произведение великой русской литературы. Снова и снова. Без вариантов.
   Те, чья фамилия начинается на У (и тем более на Я), напряжённо ждут весь урок. Ждёт моя лучшая подруга Оля с фамилией на букву Х. Успею? Не успею? Повезёт сегодня или мучиться до следующего урока литературы, прокручивая в голове строчки? Лучше бы сегодня, конечно. Успею? Не успею?
   Да, много времени было убито на таких уроках-опросах. Много академических часов прошло впустую. Единственное, что мы усвоили твёрдо: литература - маета и скука непролазная, а стихи - досадное недоразумение, которое случается в жизни каждого школьника. А Пушкин все мозги уже просверлил.
   И вот мы сдаём в пятом классе. Выходит в доске девочка на букву П. К этому времени уже, сами понимаете, те, кто не спит, совсем не знают, к чему себя приспособить.
   А девочка со своим видением. Однажды она уже прочитала "Тучки" Лермонтова так: "Вечно холодные, вечно голодные (вместо "вечно свободные"), за что имела замечание от учительницы и дружный смех от класса. Какое-никакое событие в беспросветной серости поголовного опроса.
   Пушкин по части оговорок и разнообразных языковых капканов самый настоящий специалист. Счастливчик Пушкин. То гуся весёлого выпустит всем на потеху, то уста замёрзшие улыбкой растянет.
   Но в этот раз текст был прозрачный, как лес на склоне ноября. Если бы не девочка на букву П со своим видением. Она вышла к доске и давай читать:
                      Уж! Небо осенью дышало. Уж!
                      Реже солнышко блистало...
   Всё вместе звучало как заклинание какое-то. Я бы сама до такого ни за что не додумалась, честное слово.
   Сдавали на оценку мы тогда отрывок из романа "Евгений Онегин". Я его знала ещё с дошкольных времён, из голубой книги "Стихи и сказки А. С. Пушкина", с царевной Лебедью на обложке. Там были и другие отрывки. И во время их чтения у меня возникало смутное чувство, которое я не смогла бы выразить словами: что-то здесь не так, чего-то не хватает, кусок отрезали не очень аккуратно.
   Наверное, точно так же люди с хорошим музыкальным слухом сразу распознают фальшивую ноту, морщатся и недоумевают.
   Оказалось, правда - не зря чувствовала. Когда я прочитала "Евгения Онегина" полностью, всё сразу встало на свои места. Вот так.
                                   XL
                  Но наше северное лето,
                  Карикатура южных зим,
                  Мелькнёт и нет: известно это,
                  Хоть мы признаться не хотим.
                  Уж небо осенью дышало,
                  Уж реже солнышко блистало,
                  Короче становился день,
                  Лесов таинственная сень
                  С печальным шумом обнажалась,
                  Ложился на поля туман,
                  Гусей крикливых караван
                  Тянулся к югу: приближалась
                  Довольно скучная пора;
                  Стоял ноябрь уж у двора.
                                   XLI
                  Встаёт заря во мгле холодной;
                  На нивах шум работ умолк;
                  С своей волчихою голодной
                  Выходит на дорогу волк;
                  Его почуя, конь дорожный
                  Храпит — и путник осторожный
                  Несётся в гору во весь дух;
                  На утренней заре пастух
                  Не гонит уж коров из хлева,
                  И в час полуденный в кружок
                  Их не зовёт его рожок;
                  В избушке распевая, дева
                  Прядёт, и, зимних друг ночей,
                  Трещит лучинка перед ней.
   Может быть, авторы школьных учебников и составители "Стихов и сказок" подумали, что детей может испугать непонятное слово "карикатура"?
Я бы не испугалась, я хорошо знала, что это такое. По двум причинам.
   Во-первых, мой папа всегда, сколько я себя помню, выписывал журнал "Крокодил". Карикатур там было в избытке, самых разных. Но чаще всего рисовали пьяниц: в грязных майках, неопрятных кепочках, с лиловыми носами. Как они прячутся где-нибудь за гаражами со своей бутылкой. Тут же обязательно лужа и свинья - чтобы можно было провести аналогию.
   Или такой сюжет: школьник решает у доски пример 3-1. А одноклассник ему подсказывает с первой парты: "Посмотри в окно! Было трое, один упал." А за окном те же и свинья. Майки, носы, выпученные бессмысленные глаза.
   Ещё запомнилось: сцена в аду. В "Котле для алиментщиков" плавают двое, красные, как раки. Один из них грациозно привстал и спрашивает у девушки-чёрта на высоких каблуках, которая подбрасывает дровишки в костёр: "А что вы делаете сегодня вечером?"
Такие "Весёлые картинки" для взрослых.
А ещё высмеивали избалованных детей и ленивых молодых людей, которые не хотят работать.
   Это всё во-первых. А во-вторых, мой старший брат в ту пору рисовал карикатуры на меня. Бичевал недостатки моего характера и мелкие слабости. Обычно получалось очень смешно, я сама это признавала. Пыталась рисовать в ответ, но дело не пошло. Сразу стало ясно, что у брата материала гораздо больше.
   Вообще, мы были очень творческими детьми. Как-то сами собой. Родители не вмешивались и не руководили.
   Может быть, именно поэтому, несмотря на все усилия средней школы, я до сих пор хочу догадываться про Пушкина?
   Если бы он только знал, Александр Сергеевич, что когда-то стихотворцев станут ругать за "ужей" и за глагольную рифму - дескать, она свидетельствует о бедности речи и недостатке поэтического мастерства. И прочее, и прочее. Будут бесконечные поиски новых форм, агрессивное отрицание, пренебрежение, высмеивание.
   Но несмотря ни на что отрывок, который мы сдавали на оценку в пятом классе, по-прежнему остаётся одной из самых прекрасных осенних зарисовок в русской литературе. И ничего ему не делается. Ничего.
   В строчке "С печальным шумом обнажалась" всё так же слышится порыв ветра и шелест сухого листа. А в строчке "Гусей крикливых караван" - грустная песня всех улетающих на юг. Вечная перекличка с остающимися.
Всё там - и вой волков, и треск лучины, грусть, простор и тишина.
   И тот гениальный поэтический взгляд, который везде - снаружи, изнутри, в космосе и в ядре каждой клетки. Который всё знает и видит мельчайшие подробности.
   И всё самое главное в отрезанных первых строчках. Мелькнёт - и нет. Как-то особенно остро это ощущается осенью.
Но мы признаться не хотим.
Мы никогда ни в чём не хотим себе признаться.

8 комментариев:

  1. Александру Сергеевичу листья к лицу.
    А тридцать чтецов за урок... Пушкин бы такого не выдержал. Я даже не знаю, есть ли варианты таким урокам. Как выслушать всех и не сделать урок с выразительным чтением скучным?

    ОтветитьУдалить
  2. Я знаю точно, что такие уроки - это убийство всех добрых чувств к художественному слову. Бесполезно заставлять учить стихи, если предварительно к ним не привита любовь. Поэтому так уныло в большинстве случаев школьное декламирование.
    У меня в старших классах была изумительная учительница литературы, у неё были совершенно другие методы преподавания. Она по собственной инициативе исключила из программы "Что делать?", а "Поднятую целину" заменила "Тихим Доном".
    В случае с А. С. и другими поэтами не долбили одно и то же 30 раз подряд, а выбирали стихотворение сами (бери томик, листай, читай, учи то, что в сердце запало). И ни в один присест, конечно, а порциями. Несколько стихов за урок, и все разные.
    А ещё на уроках литературы можно было не вставать во время ответа. Запомнилось, как светлое пятно в серых школьных буднях.

    ОтветитьУдалить
  3. У нас в программе "Тихий дон" был. Выбор стихотворения по личному желанию - это хорошо, но пока школьная программа требует единства. Увы.

    ОтветитьУдалить
  4. И, видимо, долго ещё будет требовать. Несмотря на то, что результат стремится к нулю.

    ОтветитьУдалить
  5. Да, Ирина, такие уроки были ГОСТом))) А мы с соседом по парте Андрюхой играли во время опросов в морской бой. За что нас потом рассадали, сказав, что "УЖ слишком дружно мы сидим"))))

    ОтветитьУдалить
  6. Ольга, у нас в пятом классе очень страшная учительница литературы была. Каждый урок она начинала с 10-минутного крика, оставшиеся 35 минут мы просто приходили в себя. Сидели, как мыши.Не помню, чтобы кто-то по доброй воле поднял руку или высказал своё мнение. Мысль о развлечениях вроде "Морского боя" даже самым отчаянным в голову не приходила. Это был самый настоящий тихий ужас.

    ОтветитьУдалить
  7. Так мы бесшумно, на бумажке писали ходы)))) Но видно до Штирлица нам было далеко)))

    ОтветитьУдалить
  8. Но вообще, надо сказать, те годы были неплохой школой разведчиков. Бесстрастное лицо, тайная передача информации и прочее. Учитель чаще всего воспринимался как противник, которого нужно обхитрить.

    ОтветитьУдалить