Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

вторник, 2 декабря 2014 г.

За одиннадцать калачик

   
Эвелина Васильева. Хлебобулочные изделия
Разные хлебобулочные
   Помните, что сделал Михаил Самуэлевич Паниковский с хлебом-солью, которым встретили экипаж "Антилопы" жители какого-то городка? Приветствовали так участников автопробега против бездорожья и разгильдяйства.
   Так вот, Михаил Самуэлевич, в своей манере, тайно от Остапа Ибрагимовича стал выковыривать мягкую середину каравая. И поедать её. А когда Бендер заметил, было уже поздно. Тогда командор, тоже в своей манере, Паниковского отругал, а проеденный насквозь хлеб-соль выбросил на дорогу.
   Я очень понимаю Михаила Самуэлевича. Как он не удержался. Наверное, нет на земле такого человека, который толком смог бы объяснить: почему хлеб на свежем воздухе всегда меняет вкус? Почему его невозможно было донести из булочной до дома целиком? Обязательно обгрызёшь все углы, да ещё приятели набегут, игры бросив. Мои приятели знали толк в свежем хлебе и свежем воздухе.
   Паниковский, видимо, тоже знал, поэтому с собой и не совладал. А вот как у Остапа Бендера рука поднялась? Нас учили с самого раннего детства: хлеб бросать нельзя. Есть такой закон у людей.
   В 4 классе у меня была великолепная учительница истории. Потом она уехала в другой город. На этом, собственно говоря, наше среднее историческое образование завершилось. Взамен пришёл дядя, который на всех уроках обсуждал с классом тему "Есть ли жизнь на Марсе?" Оказывается, есть, и об этом знали ещё древние египтяне.
   Потом нас пытался учить истории физрук, а потом и вовсе депутат, который однажды украл откуда-то (а чуть ли не из мэрии!) ценную круглую печать. Был тут же уличён и от нас изолирован. Видимо, школьная администрация опасалась, что этот человек научит нас плохому, и мы тоже будем депутатами, тоже будем воровать печати.
Совершенно напрасные опасения. Никто из нас ничему не научился.
   А та, самая первая, Елена Владимировна, рассказывала запоминающееся навсегда. Например, что в старину было не принято резать хлеб ножом - чтобы не сделать ему больно, не обидеть, не поранить. Вот какие были у нас предки. Так и ломали - руками. Поэтому Паниковский и все дети, идущие из булочных, правы. Чтобы не сделать больно.
В остальном всё было в точности так, как поёт А. Розенбаум:
                              А городская семь копеек
                              И шестнадцать круглый хлеб.
                              То деревья зеленеют,
                              То позёмка на земле.
                              За одиннадцать калачик
                              И батон за двадцать две.
                              А пацаны гоняют мячик
                              Во дворе.
   Пацанам вообще сказочно повезло, потому что у них были школьные куртки, а не фартуки. А поскольку выносить из буфета было ничего нельзя, они спокойно складывали большие круглые булки (9 коп.) за пазуху, прижимали как следует. Потом делали сытые равнодушные лица и так шли мимо дежурных. А после тихо ели на уроке из-под парты тёплые толстые блины.
   Молочный калачик одиннадцать, да. И сочень одиннадцать. Беляши по пятнадцать, но их всегда раскупали первыми мощные старшеклассники. Ватрушки, почему-то не с творогом, а всегда с яблочным джемом, сладким до невозможности, аккуратно объедались по краям. Впрочем, находились гурманы, едоки повидла. Выковыривали его из середины мытыми руками (дежурные проверили), а некоторые - прямо языком, длинным, как у хамелеона. Но я таких никогда не понимала. Мне просто булочку. Всухомятку, конечно же. И желательно на свежем воздухе...
   Однажды по осени гуляли мы с детьми - я и подруга моя Лена. Купили в хлебном киоске прямо ещё горячего (домой, естественно, к обеду, к супу). И дальше гуляем. Возле бизнес-центра "Гринвич" хорошо - пруд с рыбками, водопад по камням струится, лужайка. Наши мальчики сразу стали бегать по дорожкам и мостикам, а мы расположились на зелёном ещё холме. Некоторое время просто сидели высоко и глядели далеко. А потом получилось так, что наши руки сами потянулись к только что купленным домой буханкам. Отщипнули немного, потом ещё. Всё-таки это удивительное свойство свежего хлеба - менять вкус на свежем воздухе. Загадка природы.
   Это было великолепно. Только недолго. Сын Лены Артемий очень быстро нашёл подходящую лужу и немедленно в неё наступил, набрав полный ботинок.
   А дело было в сентябре. В это время вода во всех новосибирских лужах уже достаточно холодная. Поэтому мы прервали поедание хлеба на холме и помчались к машине. И не нагулявшийся Артемий всеми силами показывал, как он против.
Но мы всё-таки успели вкусить.
   И опять всё было в точности так, как поёт А. Розенбаум:
                                 Улицы, проспекты,
                                 Бульвары, переулки,
                                 Зимние морозы
                                 И летняя жара.
                                 Никогда до дома
                                 Не доносил я булки,
                                 Когда её горяченькую брал.
И ещё раз - чтобы запомнить покрепче:
                                 Никогда до дома
                                 Не доносил я булки,
                                 Когда её горяченькую брал.

Комментариев нет:

Отправить комментарий