Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

четверг, 23 октября 2014 г.

Эх, яблочко...

Эвелина Васильева. Червяки едят яблоко
Внутрияблочное трио
   Легенда гласит, что Адам, вкушая запретный плод, невзначай поперхнулся. Это неудивительно: он волновался, он боялся, он что-то предчувствовал. Торопился познать. Еда опять же незнакомая. Вот непрожёванный кусок и встал поперёк горла. Так, говорят, появился первый в мире мужской кадык - иначе адамово яблоко.
   Рубеж, отметка: повзрослел, грешен, устыдись наготы и ступай в трудах добывать хлеб свой. И Еву с собой забирай.
   Взрослые мужчины в большинстве своём яблоки не очень уважают. Спасибо, зелени достаточно, мы уже привыкли охотиться. Что там было до изгнания, помнится смутно, и Ева уже не парит эфирно, не выглядывает призывно из-за куста, а рожает в муках.
   Никогда-никогда за праздничным столом не тянется мужская рука к блюду с фруктами. И даже мальчишки - те, кто ещё не познал и не поперхнулся как следует, как будто рождаются искушёнными. Они уже не лазят в чужие Эдемы за недозрелой кислятиной - зачем? Кто теперь помнит о самом знаменитом яблочном воре в законе Мишке Квакине? Знание валяется под ногами, никому не нужное. А если урожайный год на запретные плоды - бери вёдрами по дешёвке на каждом углу.
   Один из бессмертных сюжетов о детстве Володи Ульянова (вот тоже, кто нынче помнит про такого?) повествует о том, как Володина мама Мария Александровна затеяла яблочный пирог, почистила яблоки на веранде. А сын пристал: дай да дай яблочной кожуры. Мария Александровна ни в какую: нельзя, мол, обедать сейчас будем. И отлучилась куда-то.         Возвращается и видит: сын не послушался и пожирает запретные очистки с большим аппетитом. Мама, конечно, его пристыдила, и Володя, конечно, покаялся и больше никогда в жизни ничего не делал без разрешения (ну-ну...). Так должны были уяснить все дети. Но смысл-то здесь совсем другой, и он гораздо глубже: как бы ни стыдила Мария Александровна своего златокудрого - поздно. Мальчик кое-что познал. Только мама вернулась слишком рано и зря отобрала кожуру, пока Володя не успел наесться вдоволь. Недопонял он.
   К добру ты, яблочко, или к худу? Не даёт ответа. Съел и порядок, а дальше? Как распорядится едок своим знанием? Упадёшь ты, яблочко, на голову великому учёному и откроешь ему великую тайну или навеки застрянешь в пасти Полиграфа Полиграфовича?
                                    Эх, яблочко, да с голубикою,
                                    Подходи, буржуй, глазик выколю...
   Неужели мальчик навсегда объелся, пресытился навек ? Он больше не ныряет лицом в целлофановый пакет раз в году, туда, где живет волшебный запах леденцов, хорошего шоколада, одинокого апельсина, заветного яблока. Не обводит яблочно вокруг пальца, продавая очередь на побелку забора за полусгрызенную вкуснятину. Это лишь начало, потом удивлённая и радостная тётя Полли поведёт в чулан и вознаградит лучшим, целым.
   Но стрела опять летит мимо спелого центра мишени, прямиком в "молоко". И маленький Минька равнодушно смотрит, как долговязая сестра Лёля разоряет новогоднюю ёлку, поедая одну за другой пастилки, присваивая орехи и хлопушки. Не откусит в отместку райское яблочко, не уронит стул на куклу. И папа не войдёт в комнату, не скажет строго: "Немедленно ложитесь спать! А все игрушки я отдам гостям." И не потушит свечи. И все навеки останутся в своём празднике. Не надо ждать, не надо звать, всё придумано за нас, до нас, лучше нас.
Эх, яблочко, куда котисся...
   И всё-таки... Яблочко от мужчины недалеко падает. Постаревший Квакин бредёт сквозь осень, и в его авоське - купленные на законную пенсию, проверенные червячком и потому съедобные, ароматные и сезонно дешёвые.
   Старый Мишка Квакин может не бояться. Команды нет. А возрастного Тимура переводят в соседнем квартале, в параллельном мире, через дорогу тимуровцы. И несут за ним такую же авоську и такую же сдачу.
   Михаил Иванович знал  в своей жизни всякие яблоки: молодильные и раздорные, и отравленные злой царевной. И сейчас он может себе позволит просто купить. Как все. Он придёт домой, сварит двойную порцию компота, и будет угощать внуков, но они откажутся (да чтоб они понимали с этим своим "Apple"!). И будет некультурно вылавливать вкусные дольки из стакана прямо пальцами, запрокидывать голову, стучать по донышку. И думать о том, что писатель Гайдар, пожалуй, прав. Что такое счастье? Это каждый понимал по-своему.



Комментариев нет:

Отправить комментарий