Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

суббота, 1 апреля 2017 г.

"Вот вам стол, а вот скамейка..."

   "Вот вам стол, а вот скамейка, взяли в руки карандаш. Наша "АБВГДейка" на экран приходит ваш..." Это я снова погрязла в очередном раритете. Глаза затуманились, смотрят умильно, как маршируют в затылок друг другу буквы с добрыми лицами. Помню! И голову кота отчётливо помню.
Дочка подошла на звук, удивилась. Оценила:
 - Ничего себе, какое многоголосье!
 - А ты как думала! - отвечаю. - Это же стратегическая вещь! Как подводная лодка. На века сделана. Шаинский, между прочим. Это вы сейчас Шаинского не знаете и двухминутные заставки выдержать не в состоянии, а из нас гвозди бы делать!
И дальше помню себе потихонечку.
   В доме моей бабушки обои никогда не отрывались, а во время очередного ремонта просто заклеивались поверх новыми бесконечными слоями. В итоге получилось как на даче аптекаря Янсона: "Под белыми в зелёную шашечку оказались белые в синюю рябу, под рябой - серовато-весенние с плакучими берёзовыми серёжками, под ними лиловые с выпуклыми белыми розами, под лиловыми - коричнево-красные, густо записанные кленовыми листьями, под кленами открылись газеты - освобождены Орёл и Белгород, праздничный салют; под салютом - «народ требует казни кровавых зиновьевско-бухаринских собак»; под собаками -траурная очередь к Ильичу. Из-под Ильича пристально и тревожно, будто и не мазали их крахмальным клейстером, глянули на нас бравые господа офицеры, препоясанные, густо усатые, групповой снимок в Галиции. И уже напоследок, из-под этой братской могилы, из-под могил, могил, могил и могил, на самом дне - крем «Усатин» (а как же!) и: «Всё высшее общество Америки употребляет только чай Коkiо букет ландыша. Склады чаёв Дубинина, Москва Петровка 51», и: «Отчего я так красива и молода? - Ионачивара Масакадо, выдается и высылается бесплатно», и: «Покупая гильзы, не говорите: «Дайте мне коробку хороших гильз», а скажите: ДАЙТЕ ГИЛЬЗЫ КАТЫКА, лишь тогда вы можете быть уверены, что получили гильзы, которые не рвутся, не мнутся, тонки и гигиеничны. ДА, ГИЛЬЗЫ ТОЛЬКО КАТЫКА».
   Так и было. И мы перед сном ковыряли окна в самый первый мир, старались дойти до самой тонкой гильзы, до скелета времени, и заглянуть ещё дальше. И нам почти удавалось, и сны завершали начатое.
   Так и наша память - клеит рябу на цветочек, прикрывает листиком пламенного вождя, слой за слоем отодвигает вглубь заветный день, сберегает крахмальными пелёнами, золотыми саркофагами, грозными молчаливыми пирамидами... Но однажды перед сном получается прорвать и прорваться - в ту субботу, когда мы, сидя на полу, смотрели "АБВГДейку" вдвоём с молочным зубом, который я только что выкрутила из своей нижней челюсти со страхом и облегчением.
   "Вас участники программы будут грамоте учить, если не забыли мамы телевизоры включить..."
   Я сама не забуду, я знаю как. Пусть мама в это время на кухне субботнее что-нибудь творит: блинчики-письма с вложенным в них творогом от всей души, пирожки с вареньем из чёрной смородины... И пусть так будет всегда. И нам с зубом есть чему поучиться у клоунов Клёпы, Ириски и Лёвушкина, друга их собаки и ведущей Татьяны Кирилловны.
   Я помню, сквозь все обои и ремонты жизни, солнечное надёжное одиночество той субботы, с чем-то гарантированно вкусным за стеной.
   "АБВГДейка" тогда досталась мне целиком, потому что брат-младший школьник субботним утром учился грамоте совсем в другом месте. В то время не было никаких привилегий, долгих разговоров об адаптации и постепенного погружения. Школьниками становились сразу с первого класса: красные цифры в тетрадях (а не солнышки со звёздочками), домашние задания, никаких пятидневок и дополнительных каникул в феврале, никакой обязательной первой смены.
   По крайней мере, так было в нашей школе. Никогда и нигде я не встречала потом такого обычая: каждый класс, от первого до выпускного, половину учебного года учился в первую смену, а другую половину - во вторую. И по субботам, и всегда. Никаких исключений из правила.
   Поэтому мой брат мог рассчитывать только на половину "АБВГДейки". А до новогодних каникул или после - это уж как повезёт, как выпадет жребий.
   Естественно, все мечтали начать учебный год со второй смены, чтобы побыстрее отмучиться: первое полугодие короче почти на месяц, и в мае просто невыносимо волочить себя на уроки в два часа дня; очень больно видеть, как навстречу бодро шагает свободная и беззаботная первая смена.
   И всё-таки у второй смены было целых два преимущества. Первый: возможность выспаться, избежать всей этой утренней суеты, этой гимнастики, набрасывающейся из радио бодрыми аккордами фортепиано. К сожалению, сразу после неторопливого пробуждения начинал ощутимо давить дамоклов меч: задача про бассейн не решена, сочинение по картине не написано, стихотворение не выучено... В десять часов начну, клянусь. В одиннадцать - точно, ещё чуть-чуть... Час дня - ужасное время, угнетающее психику на корню.
   Вторым (и главным) достоинством вечерней смены была законная, без прогуливания уроков, возможность посмотреть повтор вчерашнего куска сериала. Ещё раз насладиться, пережить и убедиться: рабыня Изаура счастлива, несмотря на все козни рыжего негодного сеньора Леонсио.
   Но в ту далёкую, крепкую и надёжную субботу, внимая Клёпе с Ириской и предвкушая блинчики, я ещё не знала самой главной грамоты этой жизни. Что очень скоро я надолго лишусь своих суббот, и наши с братом смены ни разу не совпадут. И я, первосменная, буду дразнить его, после обеда в даль уходящего: "А я-то уже всё! Я сейчас гулять пойду!"
   Брат молча и снисходительно выслушивал мой незрелый лепет, потому что знал: будет и на его улице праздник. И точно: проходило несколько месяцев, и ферзь превращался в пешку. Я с тоской и завистью смотрела, как мой брат уже всё и сейчас пойдёт гулять, а потом угрюмо облачалась в коричневое платье, чёрный фартук и слегка деформированный слишком горячим утюгом синтетический красный галстук.
Это учёба, а не игра. И то, что знать пора, приходит к нам незамедлительно.
   Много с тех пор было наклеено обоев, много прошло первых и вторых смен, много суббот и блинчиков. Но "АБВГДейка", пережив детство многих, осталась на экране. Даже Клёпа остался - уже другой, но Клёпа. Яркий вырви-глаз, но всё же Клёпа. И он не хотел учить стихи наизусть, и друзья-клоуны его решили доброжелательно убедить. Они сказали: "Пойдём к Татьяне Кирилловне!"
   Что? Я не ослышалась? Невероятно, но это была именно Татьяна Кирилловна, прежняя, почти совсем не изменившаяся Татьяна Кирилловна, взрастившая нас вместе с тётей Валей из передачи "В гостях у сказки", с тётей Таней из "Будильника" и дядей Володей из "Спокойной ночи, малыши!"
   Прежняя Татьяна Кирилловна, строя фразу неторопливо и внятно, как в ту далёкую субботу, объясняла: конечно, нужно учить стихи, обязательно, но только хорошие стихи, талантливые стихи.
   И сын мой, пристроившийся рядом, слушая Татьяну Кирилловну, как-то подозрительно притих.
 - Да-да, - подтвердила я. - Нужно учить наизусть талантливые стихи, обязательно. Может попробуем?
 - Давай, - согласился очарованный Игорян. Раньше с ним такого не случалось.
В тот же день мы выбрали из Маршака:
                     Закричал он: - Что за шутки!
                     Еду я вторые сутки,
                     А приехал я назад,
                     А приехал в Ленинград!
                     Вот какой рассеянный
                     С улицы Бассейной!
   Может быть, нам только кажется, а на самом деле в мире ничего не меняется? Разве что рисунок на обоях. Просто мы стали какие-то рассеянные... Вот какие рассеянные... Очень-очень рассеянные...
 


 

Комментариев нет:

Отправить комментарий