Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

среда, 6 апреля 2016 г.

Добрая подружка

Добрая подружка

Но я плоды моих мечтаний
И гармонических затей
Читаю только старой няне,
Подруге юности моей.
А. С. Пушкин 

   Сейчас многие маленькие дети гуляют с нянями. Довольно распространённое явление. Няни маленьких детей сразу узнают друг друга. Они собираются в тесный кружок и разговаривают. Преимущественно не о вверенных им детях. Преимущественно о родителях вверенных им детей: какие у кого условия, да какие требования, в том числе маразматические. А как не выполнишь? Работодатель должен быть доволен.
   Няня одного трёхлетнего мальчика каждый день в строго установленное время поторапливала своего флегматичного питомца: "Пойдём скорее, нам ещё второй суп варить."
?!
   Оказывается, мама очень боится детского недоедания (несмотря на то, что мальчик её выглядел довольно упитанным, всё равно). В связи с чем у мамы железное требование: в обед суп №1, потом спать (у няни на руках, ребёнку так комфортно потому что), а после пробуждения, на полдник - суп №2. Безо всяких разговоров.
   Конечно, давится. Конечно, рвотный рефлекс. А пусть бы мама сама попробовала - сначала глубокую тарелку борща навернуть (с хлебом! с мясом!), а через полтора-два часа  ещё столько же рассольника (с мясом! с хлебом!) для полного удовольствия.
   "Нам в парк летом нельзя, - горюет няня. - Потому что у ребёнка диагноз: бронхиальная астма. Всё, что цветёт, нельзя." "А если маме как-то намекнуть осторожно, что одно может быть теснейшим образом связано с другим? Ну, астма и еда через силу." "Говорила много раз. Бесполезно. А что я могу? Я только исполнитель чужой воли."
   Все окрестные няни хорошо знакомы между собой. "Что-то Надежды Ивановны давно не видно." "А вы разве не знаете? Её уволили. Она три месяца дома просидела, а потом говорит: нет, не могу без работы. У неё сейчас девочка двухлетняя, они где-то в Академгородке живут."
   Понимаю. Сергей Львович и Надежда Осиповна Пушкины уволили Арину Родионовну. Она не смогла без работы и устроилась в другую семью. А маленький Саша так и остался без сказок. А мы остались без Александра Сергеевича. 
   Нет, это просто слово сейчас такое используют для удобства обозначения - "няня". А на самом деле няня - это...
   У меня никогда не было няни. Детсадовская не в счёт. Она, кажется, вообще с нами никак не контактировала, только еду раскладывала по тарелкам и выдавала чистые полотенца. Чужая официальная женщина. Я её и не помню совсем.
   Настоящие няни жили в художественной литературе. Но Арина Родионовна была слишком уж памятник, слишком уж образец. 
   А был ещё совершенно особый мир - ленинградских интеллигентных семейств середины 20 века, ныне безвозвратно утраченный. Я всматривалась в него с упоением и любопытством. Снова и снова перечитывала любимую А. Котовщикову.
"Вартан сидит с ногами на диване в столовой, смотрит на сидящих за столом родителей: папа с книгой, мама с вязаньем, — и делает вид, что не слышит няниных уговоров идти спать. В который раз няня шепчет:  - Миленький, ну пойдем, уже девятый час! Пора.
 Не поворачивая головы, отец говорит:
  - Нянечка Федосья Акимовна, я вас очень прошу: этого мальчишку, который сидит на диване, выбросьте на помойку! Мне не нужен сын, которого старый человек вынужден упрашивать об очевидных вещах.
Вартан колеблется, он и не прочь в кровать — набегался за день, он уже спускает одну ногу с дивана. Лениво спрашивает, просто чтобы выдержать фасон, лишний раз показать свою самостоятельность:
 - Мама, а что сегодня по телевизору?  -  И вдруг глаза его загораются.  -  Вспомнил, вспомнил! Сегодня детективный фильм. Тот самый. Вторая серия. Буду смотреть!
 -  Об этом нэ можэт быть и речи! - с заметно усиливающимся акцентом отчеканивает отец.
 - Буду! - Вартан подбирает под себя ноги, поудобнее устраивается на диване.
 - Нэ будешь!
 -  Буду! Я смотрел первую серию.
 -  Он как-то случайно посмотрел, - виновато говорит Тина. -  Рано показывали, что-то в половине восьмого. А потом стали предупреждать, что детям до шестнадцати нельзя… Вартан, отправляйся в детскую!
Вартан молчит с каменным лицом, плотнее прижимаясь к дивану.
 - Слух поврэдился? -  у Сурена раздуваются ноздри. - Мать приказала. Ты слышишь?  - Не слышу, - сквозь зубы цедит Вартан. - Я буду смотреть. Я смотрел первую серию.
 - Варташечка! -  присевшая на диван няня обнимает Вартана за плечи. -  Пойдём! Сказку расскажу.
... Тина вздыхает. Они усаживаются рядом возле телевизора. Через минуту Сурен уже поглощен фильмом и не слышит осторожного скрипа двери. Тина быстро оглядывается. В узкой щели - блестящий тёмный глаз виднеется очень низко: наверно, няня позаботилась, чтобы у Вартана не устали ноги, и подставила ему скамеечку. Безобразие, просто безобразие! Никуда не годится… Но снова будоражить Сурена Тина не хочет: он устал, бедняга, целый день напряженно работал. Лучше потом самой как-нибудь воздействовать на малого упрямца. Она снова вздыхает, прислоняется к плечу мужа и тоже смотрит на экран."
   Я с наслаждением слушала воспоминания Константина Райкина о детских годах. Как он - с великим юмором и с великой теплотой - говорит о своей няне, которая в течение многих лет верно стояла на страже семьи. Она была татарка, она плохо говорила по-русски, но всякий раз ходила в школу разбираться, когда родители были на гастролях.
   А когда, уже будучи студентом, Райкин приглашал в гости знакомых девушек (предупреждая заранее: "Только у меня там няня, не обращайте внимания."), принималась подозрительно ворчать: "Опять привёл, кого привёл? Ходят, водят..." А потом стояла под дверью, чтобы детинушка вёл себя в пределах нормы. Ведь ей доверено, как иначе?
   Няне навеки доверено детство детей. "Добрая подружка" - Пушкин, в своей манере, даёт самое верное, единственно возможное определение.
   "Ну, не плачь, давай молочка тёплого выпьем с горя", - певуче говорит она своему трёхлетнему, заговаривает между делом ушибленную коленку. Вот и всё.
   "Выпьем с горя, где же кружка?" - говорит няне он же 30-летний. И опять она дует, заговаривает, шепчет, всё знает.
   Ни бабушка, нет, ни наставница, ни, боже упаси, гувернантка! Никаких букв, карточек, иностранных слов. Даже в качестве дополнительной услуги, даже за отдельную плату. Няня не имеет никакого отношения к подготовке, к "пятёркам" за четверть, к первому месту в конкурсе чтецов.
   Няня начинает с "Колобка", им же и заканчивает. Ам - и съела. Вот так, дитятко. А что ты сделаешь? И это тоже любовь такая. А вот ещё послушай, как у нас было...
   А через агентство, с почасовой оплатой, если не понравится, то уволим - это рынок, а не няня. Это просто сейчас слово такое используют для удобства обозначения.


    

Комментариев нет:

Отправить комментарий