Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

воскресенье, 8 декабря 2019 г.

Сквозь ватный снег

   Как в сказке, медленно летит целый день за окном тихий ватный снег. Смотри сколько влезет. Но даже в такую погоду кто-то проехал на велосипеде по рыхлой оттепельной каше. По ней и ноги-то устают ходить пешком, а уж крутить педали - это нужно быть фанатом. Фанатом велосипеда и такого декабря.
   Сквозь ватный снег даже самые резкие звуки кажутся домашними, своими. А люди в шарфах на катке - жителями волшебного фонаря. А ель - праздничным пряником. Как будто целый город запутался в чьей-то большой окладистой бороде - никакой не фальшивой, а природной и родной, которой мы так верили в детстве, а потом всё стали списывать на погоду. Это ведь всё она, это не мы. Нет, не мы.
   В дни большого ватного снега обостряется яблочная интуиция - когда безошибочно угадываешь по яблоку, будет ли оно вкусным. И самым лучшим оказывается не сорт, а скромное, никому не известное и даже банальное прозвище: яблоки сезонные. Вот они-то самые настоящие и есть. Я не знаю, почему так получается. Но с людьми бывает точно так же, особенно когда обостряется интуиция.
   Но ещё больше яблок нравятся в это время сухофрукты. Именно за ними хочется ходить сквозь густой, как в сказке, ватный, как в сказке, медленный снег. За очень чёрным черносливом, за гладкими финиками, за большими колёсами инжира и маленьким, наоборот, изюмом, про который никак не верится, что когда-то он был виноград.
   Во всех этих тёмно-сладких плодах спряталось солнце. Чтобы мы про него не совсем уж забыли, со своими тихими снегами, яблочными озарениями и бородатыми сказками.

вторник, 3 декабря 2019 г.

О, олень!

   Так прямо все прохожие люди в парке и говорили: "О, олень!" Не замечали пони, хоть был он очень круглый и на фоне снега особенно рыжий. Шли прямо к оленю, гладили замшевые рога и мохнатый лоб, спрашивали у сопровождающей девушки, как зовут.
Зовут Тунгус. Пять лет.
   Целых пять? А мне-то казалось, что олени велики ростом, как велик олень в мультфильме про Снежную королеву. А он, оказывается, вон какой, чуть выше телёнка. При этом настоящий северный, на котором поедем и помчимся утром ранним, и отчаянно ворвёмся прямо в снежную зарю. Главное богатство малых народов. Не то богатство, которое жалко потерять, а то, которое жалеешь.
"Быстро добрались они до Чурола и Коля отложил хорей.
 - Надо остановку делать, - сказал он. - Чай надо пить. У оленя голова болит.
 - А чего она болит-то, - не понял Пронька.
Коля подумал, пососал маленько свой мундштук и сказал:
 - Рога растут."
   Я тоже сказала: "О, олень!" и подошла. Потому что правда о, олень. Я даже верблюда видела в наших парках, но оленя - никогда.
   Я тоже трогала замшевые рога и меховой лоб. Хотела в тундру - увидеть Крайний бескрайний Север и своими глазами то самое белое безмолвие, и неплотно заселивших его квадратные километры людей, которые знают тридцать имён снега. Стоит лишь помять рукой - и он отзовётся. А мы глухие, наш снег городской и немой. И никогда не понять нам, почему те люди поселились неплотно, но прочно, и никуда не уходят с ледяных своих берегов, от своих олешек, летящих легко и стремительно сквозь бесконечную белую пустыню.

воскресенье, 1 декабря 2019 г.

Перевёрнутое время

   Даже не утром, а гораздо раньше - засыпая после полуночи, ловить свою мысль на том, что месяц наступил не только новый, но и в этом году последний. Не оборвать самой три листа висящего на входной двери календаря, хоть руки так и чешутся. Оставить это удовольствие ребёнку: т-р-р, т-р-р, т-р-р. Вот так, и ноябрь у нас теперь будет вверху, как истинное прошлое, новый декабрь в середине, а внизу январь, который вообще не из этого года, а затесался просто для удобства, ради цифр, во имя всех запоздавших с покупкой нового.
   А ещё через месяц я безо всякого сожаления отправлю использованный календарь в мусорное ведро и повешу на дверь следующий. Но так было не всегда. Когда-то жаль было расставаться, и я долго хранила календарь из дошкольных лет - с картинками из русских народных сказок, весь какой-то темноватый для детского глаза, выполненный, как я теперь понимаю, на высоком художественном уровне. И Горыныч там был, и Колобок, и очень жалостливая сцена из "Конька-Горбунка", с китом, у которого на спине город, а из глаза течёт большая горючая слеза. Хотелось поскорее перелистнуть на следующий месяц - и чтобы там кит уже был спасён. Но там прыгал на коне Иван к высокому окну терема - чтобы поцеловать Василису Прекрасную, там была совсем другая история.
   Так и плакал кит - сначала в будущем, потом в настоящем, а теперь в глубоком прошлом. Двенадцать самых разных чувств испытывала я, листая тот календарь, выполненный на высоком художественном уровне.