Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

понедельник, 12 марта 2018 г.

На неведомых дорожках

   Любимый сказочный фильм Игоряна, смотренный-пересмотренный, наизусть выученный - "Там, на неведомых дорожках". Я его в детстве тоже очень любила, восторженно замирала, с нетерпением ждала, когда снова будут повторять. Повторяли, к счастью, регулярно.
 - А ты кто такой?
 - Я Митя.
 - Какой Митя?
 - Обыкновенный, Сидоров.
   Нет, в этом фильме всё было необыкновенным - начиная с Митиного роскошного велосипеда с выдвигающейся сбоку подставкой, заканчивая страшным трёхглавым козликом, в которого под воздействием волшебной синькозельской воды превратился Змей Горыныч. Игоряну смешно, как хор, не очень стройный и усердный, поёт на пиру в честь чёрного костяного правителя: "Наш Кащей Бессмертный Кащей, наш кормилец и поилец..." Меня в детстве тоже смешила эта песня; изумляли надетый поверх перчатки, сразу на всех пальцах, перстни-черепа.
   Фильм "Там, на неведомых дорожках" снят по мотивам сказочной повести Эдуарда Успенского "Вниз по волшебной реке". Оказалось, что такая книга у нас есть, и не просто книга, а с весёлыми и смешными иллюстрациями Виктора Чижикова. Написана она была в далёком 1972 году, где-то между Чебурашкой и Матроскиным. Ещё тем, прежним Эдуардом Успенским, стиль которого легко опознаваем и неповторим: "От этой картины очень большая польза - она дырку на обоях закрывает", "Средства у нас есть, а ума не хватает", "Чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сначала купить что-нибудь ненужное, а у нас денег нет."
   Это были времена, когда никто ещё не знал слова "фэнтези". А если кто-то и знал, то умел им пользоваться.

   "Вниз по волшебной реке" мы с восторгом прочитали в два дня, и хотели читать ещё. И немедленно поклялись друг другу снова пересмотреть фильм. Редкий случай в творческом мире, когда книга и фильм друг друга стоят. Пусть по мотивам, и в книге нет колоритного персонажа по имени Дрёма, который с криком "Меня будить!" набрасывается на бедную жертву, которой чаще всего оказывается нестрашный Соловей-Разбойник, и выбивает ему новенький свистящий зуб. Пусть в книге нет погони, над которой Игорян всякий раз хохочет до изнеможения. Зато в книге есть мои любимцы - бояре.
"Боярская дума гудела как улей. Бородатые бояре давно не виделись и сейчас делились новостями.
- А я в деревне был! - кричал боярин Морозов. - В реке купался! Ягоды собирал - калину, малину всякую!
- Подумаешь, деревня! - отвечал боярин Демидов. - Я вот к Синему морю ездил. На песке жарился.
- Ну и что твоё море? - возражал боярин Афонин. - Тоже невидаль! Я вот по Молочной реке на плоту плавал и то молчу! Сметаны наелся!
Но тут тяжёлые дубовые двери распахнулись и в зал торжественно вошёл царь. В руке он держал свиток. Следом за ним появился писарь Чумичка с пером и чернильницей в мешочке.
- Тихо! Тихо! - стукнул посохом царь. - Ишь расшумелись!
Бояре притихли.
- Все в сборе? — спросил Макар. - Или нет кого?
- Все, все! - закричали бояре с места.
- Сейчас проверим. - Царь развернул свиток. - Боярин Афонин?
- Здесь, - ответил боярин Афонин, тот самый, который плавал по Молочной реке.
- Демидов?
- Вот я!
- Ладно. А Морозов? Скамейкин? Чубаров? Кара-Мурза?
- Присутствуют!
- Хорошо. Ну что ж. - Царь положил свиток. - А что-то я Качанова не вижу. Где он?
- А у него бабушка заболела, - объяснил боярин Афонин. Самый бородатый и поэтому самый главный среди бояр.
- То у него бабушка, то у него дедушка! — разгневался Макар. — Вот посажу его в чулан, у него все бабушки сразу выздоровеют."






  Каждая сказка прекрасна тем, что в ней всё как в жизни: и Кащей, который вообще-то Бессмертный, но только до тех пор, пока никто не догадался  про зоологическую матрёшку с иглой в центре; и коварный писарь Чумичка; и Лихо Одноглазое, от которого всюду одна только порча; и Василиса, либо Прекрасная, либо Премудрая - на выбор; и верный Серый Волк, и велосипед, который однажды повернёт на неведомую дорожку, и ты спасёшь какое-нибудь Тридесятое царство. И бояре, милые бояре, без которых скоро ничего не сказывается.
"Бородатые бояре постепенно заполняли зал.
- Зачем нас собрали? - недоумевали они. - Вчера ведь только дума была!
- Я только орех дверью расколол, - говорил боярин Чубаров, - мне уж и кричат: «Давай в думу бегом!» Так и не съел орех-то! Теперь куры склюют!
- А я мёд не допил! - огорчался боярин Демидов. - Тётка мне из деревни привезла!"







  И чудесный, неповторимый стиль того ещё Эдуарда Успенского, из далёкого1972 года.
"Митя вытащил из кармана клок шерсти, который дал ему Серый Волк, и подбросил его кверху. И Волк оказался у крыльца.
- Здравствуй, мальчик. Ты меня звал?
- Звал, Серый Волк.
- Зачем я тебе понадобился?
- Вон видите, - сказал Митя, - на том берегу стоит мужчина в платье?
- Нет, - отвечал Волк. - Я там вижу какую-то женщину в брюках.
- Я про неё и говорю. Её надо покусать.
- Не могу, - заупрямился Волк. - Пожилая женщина. Даже ничья не бабушка. Неудобно. Может, что-нибудь другое сделать?"
И весёлые картинки Виктора Чижикова.
 - Почему кот такой крупный, а Кащей такой маленький? - смеялся Игорян.
А это чтобы в конце всё было хорошо. Зато чтобы всё было хорошо. Обязательно.
Боярская дума гудела как улей. Бородатые бояре давно не виделись и сейчас делились новостями. — А я в деревне был! — кричал боярин Морозов. — В реке купался! Ягоды собирал — калину, малину всякую! — Подумаешь, деревня! — отвечал боярин Демидов. — Я вот к Синему морю ездил. На песке жарился. — Ну и что твоё море? — возражал боярин Афонин. — Тоже невидаль! Я вот по Молочной реке на плоту плавал и то молчу! Сметаны наелся! Но тут тяжёлые дубовые двери распахнулись и в зал торжественно вошёл царь. В руке он держал свиток. Следом за ним появился писарь Чумичка с пером и чернильницей в мешочке. — Тихо! Тихо! — стукнул посохом царь. — Ишь расшумелись! Бояре притихли. — Все в сборе? — спросил Макар. — Или нет кого? — Все, все! — закричали бояре с места. — Сейчас проверим. — Царь развернул свиток. — Боярин Афонин? — Здесь, — ответил боярин Афонин, тот самый, который плавал по Молочной реке. — Демидов? — Вот я! — Ладно. А Морозов? Скамейкин? Чубаров? Кара-Мурза? — Присутствуют! — Хорошо. Ну что ж. — Царь положил свиток. — А что-то я Качанова не вижу. Где он? — А у него бабушка заболела, — объяснил боярин Афонин. Самый бородатый и поэтому самый главный среди бояр. — То у него бабушка, то у него дедушка! — разгневался Макар. — Вот посажу его в чулан, у него все бабушки сразу выздоровеют. http://www.skazayka.ru/vniz-po-volshebnoy-reke/

Комментариев нет:

Отправить комментарий