Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

понедельник, 15 июля 2019 г.

...горьку ягоду я одна

   Читаем с Игоряном опять Юрия Коваля: "В деревне гоготали гусаки, из мешков сдержанно им отвечали. Было воскресенье, из-за сарая доносилась песня:
                                               Сладку ягоду ели вместе,
                                               Горьку ягоду я одна."
  А почему она ела горькую ягоду одна? А зачем? А какая горькая? Ядовитая? Волчья? А как она её ела и не отравилась? Можно ведь было выбросить горькую ягоду, почему она не выбросила? Наверное, больше никто не захотел с ней есть горькую.
   Вот как объяснить, что одна и та же ягода может быть и сладкой и горькой? Что ключевое слово здесь "вместе" - неуловимое, тонкое "вместе", такое естественное, когда о нём не задумываешься, и оно как воздух - везде. А когда воздуха нет, приходится дышать не лёгкими, а тяжёлыми. Только своими собственными тяжёлыми. И ягоду есть.
   Моей, конечно, главной ягодой всегда была клубника-виктория. Такая громадная, что её нужно кусать по частям. Приникшая всей богатырской тяжестью к сырой своей матери-земле в такой глубокой и тайной тени, что вообще непонятно, как ей там удалось покраснеть. Но мир был вместе со мной и полон чудес. В мире и клён был до неба, и сахар колот, и что-то вечно зрело для меня в самой густой тени.
   В маленький бабушкин город мы приезжали ночью. Наш древний плацкартный поезд медленно продирался через густой лиственный лес прямо навстречу счастью. Июньские ночи неглубоки, я знала, что очень скоро настанет утро, и я увижу всеми своими глазами мёртвый тополь с единственной живой веткой, и размытый дождём золотой песок, усеянный драгоценными белыми камушками, и самую сладкую в мире ягоду, у которой один бок будет ещё белый, но это совершенно всё равно.
   Я буду сначала смотреть с настоящей радостью, настоящим удивлением и настоящим нетерпением на свою первую ягоду в это первое утро. И весь мир будет вместе со мной - преданный, умный, вечный. Я помню все его звуки и запахи - и как страшно было смотреть в глубокий студёный колодец, и какие огромные ватрушки из "Кулинарии", и как высоко и прочно стоит на горе дом под красной железной крышей...
   И как мучительно не хотелось уезжать, когда приходил неизбежный срок. Кажется, больше никогда в жизни не испытывала я такой свинцовой, молчаливой и безнадёжной тоски - когда выпиваешь напоследок кружку компота из зелёного крыжовника, который в компоте побледнел и стал цветом похож на моё платье; кружку нахального и свободного компота напоследок, и вот уж пора на вокзал. И снова пойдут за окном леса - в другую, противную сторону. И мой мир будет потихоньку отставать, он будет покидать меня так, как будто совсем ничего в нём не осталось, ничего совсем. И домой я уже приеду одна, без мира. И потом ещё какое-то время он не решится ко мне подойти.

четверг, 11 июля 2019 г.

Мёд

   Если очень долго смотреть на пчелиные соты, могут появиться серьёзные мысли о том, что у пчёл есть ум. Настоящий прямо есть мозг в их маленьких пушистых головах, прямо с полушариями, одно из которых отвечает за логику, а другое за творчество. И работают эти полушария в равноправном и бесперебойном режиме. И мозг этот очень сильный. Может быть, даже сильнее человеческого.
   Потому что человека сначала должно озарить. После многих поколений трудного поиска и догадок какому-нибудь одному гению должно упасть на голову яблоко, а пчёлы изначально с яблоком на голове, от самой природы. Они все гении. Сразу знают, как построить серию абсолютно правильных шестиугольников и равномерно заполнить их всем самым ценным, что есть в наших лесах и полях. Как будто так и надо.
   Это не пчёлам нужно идти в люди учиться геометрии, химии, делу инженерному, а, наоборот, людям бросаться в лапы к пчёлам: ужальте, но выучите.
   Пчёлы были высокоразвитой цивилизацией уже в то время, когда косматый первобытный, не умеющий даже добыть огня, впервые запустил свою мощную и немытую лапу в таинственное дикое дупло, а потом удивлённо и довольно прорычал соплеменникам, что здесь добыча, пожалуй, не хуже других добыч. И теперь нужно придумать совершенно новое слово для её обозначения.
   И в малой ещё, неповоротливой и тёмной извилине вспыхнул очередной свет. Ведь как-то нужно было назвать это густое тягучее золото, этот новый вкус, от которого пришли в восторг все первобытные женщины и дети - потом, когда в первую очередь до отвала наелись охотники,  с не очень изящными ещё, не заботливыми и не благородными умами, с липкой сладостью на мохнатых губах, не умеющих ещё выражать такие сложные чувства, как боль не от раны и тепло не от звериной шкуры или огня.

воскресенье, 7 июля 2019 г.

Между тучами и...

   Если бы туча сделалась ещё хоть немного чернее, то коршун, в любую погоду высматривающий с высоты своего полёта цыплёнка, слился бы с ней. И стало бы неотличимо, где эта гроза, а где та, и скоро ли грянет буря. Но туча уже не может почернеть сильней, туча на пределе своих природных возможностей. И плавный коршун будет царить в ней до первого грома.
   Но пока стоит в мире страшная тишина - такая страшная, что дворовая собака, названная в честь первой в мире собаки-космонавта Белкой, обрывает свой ошейник и просится в дом, к людям. Чтобы хороший хозяин не выпустил её в такую погоду.
   Но космос давит, наваливается, клубится генетической памятью, пугает тишиной, тёмным следом ошейника на белой собачьей шее.
   Всё это очень грозно. Но, может быть, ещё пройдёт стороной. Не бойся, собака, пойдём. Но не идёт умная собака, чует. Коршун смотрит сверху двухсотпроцентным зрением; кто не спрятался, он не виноват.
   Тёмная туча вонзается в последнее светлое небо под прямым углом, лежит как Египет на карте мира. И тысячи лет подряд непонятно людям, надолго ли, всерьёз ли уходит от них светлый Ра, почему и за что? Но Ра молчит, Ра ускользает, Ра что-то устал сегодня. Вы уж как-нибудь сами там давайте, люди. Собаки, давайте и коршуны.
   Как-нибудь сами, люди, стойте, провожая светлое, подняв свои удивлённые лица, свои восхищённые и слегка испуганные лица. Прячьте в утёсах свои пингвиньи тела и лебединые свои песни. Семь чувств испытайте, коротких и длинных, гром и шелест, шёпот и восторг. Испытайте мир мгновенно прибитой пыли, которым хочется дышать и дышать. Мир умытой клубники и полных водосточных труб.
   Предельный мир, который и на этот раз не обойдёт стороной - как хороший хозяин, как великий охотник, как вечный вопрос древних людей на карте мира.

четверг, 4 июля 2019 г.

Дело птицелова

   Может быть, даже все знают песню "Птицелов" в исполнении Татьяны и Сергея Никитиных. Или многие. Или многие в том времени, которое очень удачно выбрало свой прекрасный и светлый дуэт.
   Хоть "Птицелов" явно не стоит в первом ряду популярности вместе с "Александрой" и "Под музыку Вивальди", и "Большим лошадиным секретом", и "Со мною вот что происходит", и "Никого не будет в доме", и... Короче говоря, эта песня для тех, кто первым сливочным глотком не напился и хочет ещё. Одна из лучших - и как она сделана, и как исполнена, и слова. Татьяна и Сергей Никитины всегда отличались высочайшей культурой при выборе литературной основы для своих песен. И автор стихотворения "Птицелов" Эдуард Багрицкий тоже ведь никогда не стоял в первом ряду популярности и знаковости, как-то его всё время закрывали своими спинами лучезарные коллеги, и он как будто оказывался всегда на скамейке запасных.  Хотя половины взгляда вполне достаточно, чтобы понять: Багрицкий - поэт первоклассный.
                                      И пред ним, зелёный снизу,
                                      Голубой и синий сверху,
                                      Мир встаёт огромной птицей,
                                      Свищет, щёлкает, звенит...
   Мне всегда казалось, что он писал стихи на одном дыхании, а дыхания, воздуха не хватало - Багрицкого всю жизнь мучила астма. Поэтому он так жадно заглатывает каждый глоток жизни - успеть, поймать слово, приманить его, запечатлеть картинку, которая явилась душной бессонной ночью.
   Все его стихи очень яркие и страстные. О чём я долго не подозревала.