Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

вторник, 4 июня 2019 г.

"Чук и Гек"


   В первый июньский день - как и положено, холодный и пасмурный - посетили мы с Игоряном спектакль "Чук и Гек". Я давно держала его в голове, чуть ли ни с Игорянова рождения, ждала, когда подрастёт и надеялась - только бы не сняли с репертуара, уж очень хвалят, уж очень трудно купить билеты.
   И вот спектакль не сняли, Игорян подрос, билеты куплены заранее. И мы пошли. Мимо Центрального шли мы парка, в котором скрипели разом все качели, крутились и мигали все карусели. Люди входили в парк без воздушных шаров, а выходили с шарами - белыми, символизирующими окончательное наступление сибирского лета.
 - Мне шар не нужен! - поспешно и твёрдо сказал Игорян, прислушиваясь к скрежету "Лодки викинга" и восторженным крикам.
   И мы пошли мимо парка, мимо одуванчиков, мимо скульптуры "Деловая женщина" сомнительной художественной ценности, мимо ателье №1, мимо обязательной огромной лужи. Над головой у нас, зацепившись за электрические провода, висела пара старых и толстых зимних ботинок. Покачивалась на ветру. Видать, кто-то настолько сильно обрадовался наступлению лета, пережил восторг, сбрасывал надоевшее, топтал его, швырял от себя подальше - прямо в небо... Я бы на его месте так не спешила.
   Ботинки качались на ветру, как произведение актуального искусства, символизировали бесконечный холодный путь и смотрелись родной парой - как Чук и Гек.
   Маленькой повести Аркадия Гайдара исполняется в этом году восемьдесят лет. И до сих пор в отечественной детской литературе это едва ли не лучший рассказ о путешествии. Почти миф, который давно уже не зависит ни от чьего мнения. Миф, раз и навсегда поделивший человечество на два типа, к которым ни прибавить, ни убавить: запасливый основательный хозяин и разиня, который зато умеет петь песни. Долгая-долгая дорога к отцу, который всё что-то ищет в своей тайге, а работы не убавляется...
   Спектакль был оформлен как старая радиопостановка - для большинства современных детей новость. А зрители сидели как будто в студии, и в то же время были слушателями. Все слова Чука и Гека произносил читающий "за автора", они сами лишь обеспечивали шумовой фон: лязг дверного замка, стук вагонных колёс, скрип крахмального снега... Надевали шапки с помпонами, отправляясь в путь.

   Чука играл мужчина, а Гека женщина. А мне-то казалось в детстве, когда я слушала радио, что там, внутри, настоящие дети. А вон, оказывается, как. Не люблю, когда мальчиковые роли играют и озвучивают женщины, но тут ведь и не было никаких голосов, один лишь фон той далёкой жизни.
   Необычное ощущение. Только мне, как обычно, жалко текст произведения. Местами он был подлинный, гайдаровский, а где-то своими словами. А пересказывать своими словами то, что действительно классно написано, дело неблагодарное. Всегда чувствуется контраст между тем и этим, и он режет ухо. И разрушает гармонию текста. Его растянули непропорционально, как резинового человечка: телеграмме и её утрате посвятили чуть ли не треть спектакля, а путешествие провели и показали скомкано. А жизнь в одинокой избушке, в затерянном таёжном мире и вовсе кое-как, между прочим. Но сны Гека - про колёса и Турварона - были восхитительные и по-настоящему страшные.
   И всё закончилось хорошо, как полагается. Отец выбежал из тайги с криком "Ура!", очередной новый год наступил. Уже восемьдесят лет подряд все помнят, как именно он наступил.
    "И тогда все люди встали, поздравили друг друга с Новым годом и пожелали всем счастья. Что такое счастье - это каждый понимал по-своему. Но все вместе люди знали и понимали, что надо честно жить, много трудиться и крепко любить и беречь эту огромную счастливую землю, которая зовется Советской страной."
   Зря убрали из спектакля эти последние, сильные слова. Вот зря. Про молчаливого командира бронепоезда оставили, а про счастье убрали. То самое счастье, которое почти уже миф, не зависящий ни от чьего мнения. 
 

4 комментария:

  1. Ирина, здравствуйте.
    Так живо мне представилась ситуация и интонация (такая настороженная) "Мне шар не нужен!", так мне смешно стало. Почему он так сказал? Игорян не любит шарики? Или этими словами он хотел сказать, что уже большой?
    Ну прям улыбка за улыбкой))) Вот что значит образная речь автора и хорошая фантазия читателя! Это я представила бурную радость человека, швыряющего тёплые вещи)) Меня всегда интересовало, кто и зачем цепляет на провода ботинки и прочие непригодные для этого предметы. У нас в городе тоже видела такое.
    Я в детстве тоже любила слушать пластинки со сказками и радиоспектакли, а вот аудиокниги сейчас слушать не могу, не воспринимаю.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Здравствуйте, Надежда Владимировна!
      У Игоряна всё подчинено строгой логике: зачем шар, если мы идём в театр? (А ведь и правда - зачем?). К тому же он не любит праздничные массовые мероприятия. Он понял, что в парке происходит День защиты детей, и сразу предложил обойти его стороной.
      Про ботинки и другие вещи на проводах я думаю так: это вечная склонность русского человека к абсурдным экспериментам. А что будет, если? Нас эти ботинки смешат, но нисколько не удивляют.
      Мы детские иногда слушаем рассказы в исполнении старых актёров, а взрослые аудиокниги я тоже не воспринимаю. Я привыкла говорить про книгу, что она прочитана, аудио не даёт мне такого ощущения.

      Удалить
  2. Здравствуйте, Ирина! Во-первых, у меня возник вопрос: а как Игорян воспринял этот спектакль?
    И, во-вторых, небольшое дополнение про обувь на проводах. Когда я увидела эту фотографию, вспомнила, что мне уже попадались раньше подобные картинки. Это явление давно появившееся, зародившееся на Западе, и до нас докатившееся. Причины его туманны и объясняют их по-разному. Версии приводить не буду, но можете почитать при желании. Называется "забрасывание обуви", "ботинки/кроссовки на проводах" и т.п.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Здравствуйте, Агния! Игорян сказал, что ему понравилось (книга тоже ему нравится, перечитывали неоднократно), и, что любопытно, дети в зале реагировали на происходящее очень живо, несмотря на довольно необычный формат. У меня двойственные ощущения, скорее странные. Для того, чтобы сформировалось окончательное мнение, надо бы ещё раз посмотреть, но, честно говоря, не хочется. В очередной раз победу одержала книга, хотя чёрно-белый фильм 1953 года тоже прелестный.
      Про обувь я не знала. Оказывается, на Западе. А я-то была уверена, что это наше изобретение. Обязательно почитаю, интересно.

      Удалить