Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

четверг, 27 ноября 2014 г.

Выразительное чтение


Выразительно в шарфе
  Наверное, учительнице литературы не так-то просто было выслушивать 30 раз подряд по списку "Сижу за решёткой в темнице сырой". Тем не менее она не уставала повторять: "Не бубни. Читай с выражением!" А как это - не показывала. Образец не давала.
С подвыванием что ли? С воздетой вверх рукой, как Пушкин на экзамене в Царскосельском лицее? Там, где ещё старик Державин, весь в слезах, тянется к нему сморщенным ухом.
Чтобы весь класс насмешить? Чтобы прозвище какое-нибудь приклеили?
   Вот и бубнили, мучительно держа в памяти строку, которая вечно теряется. Не забыть, что лермонтовские тучки "вечно холодные, вечно свободные." А то моя одноклассница прочитала как-то раз: "Вечно холодные, вечно голодные." Тут и руку воздевать не надо.
   Однажды в наш гуманитарный, уже одиннадцатый, класс явился маленький передвижной театр, состоящий из мужчины и женщины. Мужчина играл на гитаре, а женщина читала стихи и письма  Марины Цветаевой. Тогда Серебряный век был очень популярен.
   Особенно мне запомнилась женщина. На плечах у неё висел огромный платок, а читала она с листа - игривым каким-то голосом: "Я поняла: Вы северный олень."
   Когда лист заканчивался, женщина легко и в то же время сосредоточенно отбрасывала его прочь. А потом принималась за новый.
К концу урока пол кабинета был качественно подготовлен - хоть сию минуту начинай красить потолок.
   Не понравился нам тот театр, и выразительное чтение не понравилось. В старших классах у меня была очень интеллигентная учительница литературы. Но и она не пощадила мини-труппу, не очень педагогично сравнив бумажные манипуляции актрисы с производством коровьих лепёшек. Впрочем, мы ведь уже были большие дети. И конечно же, шибко умные.
   А потом, уже на первом курсе, я вдруг однажды услышала, как бывает по-настоящему. Девушку звали Ира. Она выступала у нас на вечере знакомств, хотя сама уже училась на пятом. До сих пор помню, что это был Лорка. Вроде бы ничего особенного не происходило, но так мягко, так точно, так выпукло ставить друг рядом с другом слова и образы! Из ничего, из воздуха. Фокус или подлинное волшебство? И безо всякого заламывания рук.
Это был "Маленький венский вальс":
                             Есть три зеркала в венском зале,
                             там губам твоим вторят дали.
                             Смерть играет на клавесине,
                             и танцующих красит синим,
                             и на слёзы наводит глянец...

                            А над городом - тени пьяниц...
                            О, возьми этот вальс,
                            на руках умирающий танец. 
Это был "Романс о луне, луне":
                            Где-то сова зарыдала -
                            так безутешно и тонко!
                            За ручку в тёмное небо
                            луна уводит ребёнка.

                            Вскрикнули в кузне цыгане,
                            замерло эхо в горниле...
                            А ветры пели и пели.
                            А ветры след хоронили.
   Очень скоро нам всем предоставилась возможность взойти на сцену и показать себя. На зачёт. Предмет так и назывался - "Выразительное чтение".
   Преподаватель - Игорь Александрович. Актёр, конечно же. Правда, он не уточнил, из какого именно театра. Молодой, длинноволосый. Очень нервный. На каждом занятии он твердил, что самое наипервейшее дело - снятие страха перед публикой и телесных зажимов. Но почему-то не показал ни одного практического упражнения.
   Мы сидели в актовом зале. Игорь Александрович по одному приглашал на сцену и слушал, как мы читаем стихи. Чаще всего наше чтение ему совсем не нравилось, и тогда он показывал, как правильно - громко выкрикивая фразы, гикая, топоча.
   Да простит меня Игорь Александрович, но мне кажется, что актёром он был неважным. Может быть, роли его были не так велики, как мечталось? Вместо князя Мышкина - третий камердинер. Вместо Ромео - гриб под ёлкой на детском утреннике.
   А может быть, он просто сезонно подрабатывал, как Дед Мороз, обучая студентов актёрскому мастерству?
Так или иначе, за не сыгранного Гамлета приходилось отдуваться нам.
   "Изобразите теперь пьяную лисицу", - давал Игорь Александрович указания девочке, которая никак не могла справиться с басней "Лисица и виноград". И давился от хохота, устроившись в зрительном зале. А потом, усадив свою жертву на стул прямо посреди сцены, начинал допрос с пристрастием: "А вы зачем вообще пошли на этот факультет? С вашими-то данными."
   Смертельно не хотелось выходить и читать. Тем более что я зачем-то выбрала Тютчева. Зато к нему хоть пьяную лисицу не приспособишь.
                            Тени сизые смесились,
                            Цвет поблекнул, Звук уснул -
                            Жизнь, движенье разрешились
                            В сумрак зыбкий, в дальний гул.
                            Мотылька полёт незримый
                            Слышен в сумраке ночном...
                            Час тоски невыразимой!..
                            Всё во мне, и я во всём...
Слава Богу, отпустил! Не зачёл, правда, сказал ещё работать, зажимы снимать. Но хотя бы не стал спрашивать, какого цвета носки я предпочитаю носить по понедельникам.
   А вот у Насти детский стишок Агнии Барто. Не повезло Насте. Не хватает ей темперамента. Блестя очками в тонкой оправе, Игорь Александрович даёт мастер-класс. Крик его свободен и естественен:
                               Что за вой? Что за рёв?
                               Там не стадо ли коров?
                               Нет, там не коровушка -
                               Это Ганя-рёвушка
                                        Плачет,
                                        Заливается,
                                        Платьем утирается...
                                          Уу-уу-у!..
   Наконец, стихи домучили все. Впереди ещё препятствие - прозаический отрывок. А потом ещё и монолог из пьесы. До последнего, правда, добрались немногие - семестр закончился.
   Игорь Александрович зачётки подписал всем - и актрисам от природы, и зажатым от неё же. Мавр сделал своё дело - показал, как надо.Мавр может удалиться. Дерзайте, тренируйтесь.
   Не очень хотелось тренироваться. Я вообще больше слушать люблю. Но только чтобы мягко, точно, выпукло. Чтобы подлинное волшебство прямо из воздуха.


2 комментария:

  1. До чего же грустно - вот так одним махом и закрыть человека наглухо. А если ещё и не одним, а несколькими "махами"!... "Совсем не те ко мне приходят"... Мне в этом смысле очень повезло - во-первых, это моя профессия, а во-вторых, совпали мы с педагогом по сути и по времени. Хотя с зажимами пришлось разбираться потом самостоятельно - жёсткая это была история, не располагающая к открытию себя, но требующая этого. Баланс пришёл гораздо позже. А с ним и огромная благодраность педагогам - за то настоящее, что удалось привить. Потом уже было не страшно ничего - всегда маячком светило вот это "что-то настоящее"

    ОтветитьУдалить
  2. Юля, смешная опечатка - "благодраность педагогам". Достойная того, чтобы сделать её крылатым выражением. Мне с вузовскими преподавателями тоже очень повезло (выразительное чтение не считается), а вот к средней школе - такая "благодраность" местами, ну такая "благодраность"...

    ОтветитьУдалить