Новосибирск, детство в СССР, Пушкин, студенты, филологи, путешествие в Крым, школа, литература,праздники, личность, Сибирь, воспоминания

О литературе и жизни - со вкусом

Блог Ирины Васильевой из Новосибирска

вторник, 18 июня 2019 г.

Дорогою добра

   Приблизительно полгода назад маленький сквер напротив цирка отгородили от мира железными строительными щитами, и стали там корчевать и копать. А раньше было так удобно ходить наискосок, по тропе.
   Это был последний в наших окрестностях маленький сквер. Тот, который я видела когда-то из своего окна, уничтожили в первую очередь. Поставили на его месте крепкий и некрасивый офис Газпрома. Потом настал черёд сквера напротив тогда ещё не Игоряновской школы. В былые времена в том сквере проводили уроки природоведения и окружающего мира, а теперь уже почти достроили высотное стеклянное здание. Так-то оно, конечно, красиво и современно, и даже отражает облака, но вот уроки в скверике... Мне кажется, что уроки в скверике лучше.
   И вот, наконец, отгородили скверик напротив цирка. Земля в центре города дорогая, не пропадать же ей зря. Выкопали какой-то котлован и вдруг остановились.
   Хуже стройки в центре города может быть только замершая стройка. Только замершая стройка в пасмурный вороний день. Она унылая и зловещая, она вытягивает жизнь, как серый холодный камень.
   Я никогда не видела тех, кто выкорчёвывает маленькие скверы. Всё происходит моментально: раз - и уже стоит забор. Может быть, они действуют по ночам, и с первым лучом солнца уходят в землю? В ямы и котлованы. Они оставляют после себя мёртвую землю и мёртвые заборы. Они не оставляют никакой надежды.

пятница, 14 июня 2019 г.

Что-то очень абрикосовое

   Абрикосы, которые я купила в этом сезоне первыми, были маленькие и лысые. Когда-то они совершили в моём мозгу настоящую революцию, потому что в моём понимании абрикосы должны быть большие и пушистые. Такого нежного, природного цвета, который ни с чем не спутаешь. Тёплого такого и ароматного цвета; слишком тонкого для того, чтобы его можно было описать словами.
   Зато абрикос можно предварительно катать в ладони, приятно чувствуя, что он не такой мускулистый, как теннисный мячик. Не битый, не победный, а тайно созревший в какой-то морской тишине, в солнечной стороне, в бесконечном тёплом дне.
   Вот какие чувства вызывают во мне абрикосы. Даже если они маленькие и лысые. Они ведь тоже старались, набирали поскорее цвет и вкус. Не зря жили на земле.
   В школьные годы, когда мои собственные стихи ещё были дурны, я читала много стихов хороших. Во всяком случае гораздо больше, чем читаю теперь. Я читала их почти всё время. И однажды меня поразило своим цветом, вкусом и жизнью стихотворение Лорки.
                                        Август.
                                        Персик зарёй подсвечен,
                                        И сквозят леденцы стрекоз.
                                        Входит солнце в янтарный вечер,
                                        Словно косточка в абрикос.

                                        Крепкозубый налит, початок
                                        Смехом жёлтым, как летний зной.
                                        Снова август.
                                        И детям сладок
                                        Смуглый хлеб со спелой луной.
   В то время я дружила и сидела за одной партой с Женькой. К некоторым стихам она тоже была чувствительна, но вместе с тем понимала, как решаются задачи по химии, физике и геометрии. У неё была логика. А у меня никакой логики не было. Зато мне первой попался на глаза Лорка. Видишь?

понедельник, 10 июня 2019 г.

Почему родители предпочитают классиков?

   В парке, где мой сын Игорь и друг его Артемий пускали по ветру найденный в траве чей-то бумеранг, я вдруг окончательно поняла, почему родители предпочитают классиков. И, скорее всего, ещё долго будут предпочитать.
   У бумеранга была отломана одна лопасть, поэтому летал он неважно. Но всё равно летал. Так он летал с намёком, что домой мы сегодня вообще не пойдём, пока не застрял в ветвях не очень могучей берёзы. На такой высоте, про которую баснописец Крылов сказал: "Видит око, да зуб неймёт."
   А хочется ведь запускать дальше. А зуб неймёт, а око мучительно видит. Ладно. Стали кидать в бумеранг палки, пытались сбить. Некоторые палки прилетали обратно на землю ни с чем, а некоторые застревали в ветвях. Тут-то я и догадалась, что мне всё это напоминает, и почему родители предпочитают классику. Рассказ Носова про Мишкину кашу! Как сначала упустили в колодец ведро, а следом за ним чайник. Это вечная ситуация, абсолютная. Это про всех нас. А заметил и написал про неё только Носов. Или, по крайней мере, первый Носов.
Но воды-то горе-кашевары в итоге достали, приспособили кружку. Значит, думать!
   Палки летели тучей - или мимо, или с концами. А у меня в тот день был с собой зонт-трость, новый, хороший. И у подруги Лены, мамы Артемия, тоже был трость. Если метнуть трость в гущу ветвей, наподобие копья? Жалко, конечно, но ведь каша-то Мишкина, а мы воспитаны на классике и классиков предпочитаем.
   Лена уверенно метнула свой зонт. Мимо! Я тоже метнула свой. Тяжело грянулась о землю совершенно новая трость. Стильная такая трость в клеточку упала плашмя, как будто камень в душу. Нет, всё-таки жалко. И зачем безумствовать? Вон продают такие бумеранги, совершенно целые, всего пятьдесят рублей.
   Но ведь мы воспитаны на классике.

четверг, 6 июня 2019 г.

Юбилейное


 Только что было ему двести лет, и вот уже двести двадцать. Быстро растут чужие дети и Пушкин. При этом Пушкин может расти сколько угодно, где угодно и куда угодно. Мы ведь знаем точно, что постареть ему не дано.
   Накануне пушкинского дня попалось мне в интернете интервью с директором челябинского физико-математического лицея №31 Александром Евгеньевичем Поповым. Этот лицей входит в десятку самых сильных школ страны. А просто так лучшими ведь не становятся.
   Вот рассказывает директор, что повадились две его восьмиклассницы сквернословить. Умные, физико-математические, а повадились. Вызвал тогда директор родителей и рассказал, что женская нецензурщина, если её запустить, не лечится. И это правда. И не только нецензурщина. Пьяного мужчину, может, не сразу, но поймут и простят. И забудут его проделки. А женщине придётся отвечать, женщина условным наказанием не отделается. Поэтому неудивительно, что умные мамы умных восьмиклассниц испугались: что делать?
   "У нас в стране спасение есть только в одном человеке, - сказал директор. - Это Пушкин." И назначил лечение: каждое утро приходить недужным восьмиклассницам к нему в кабинет и читать Пушкина. Искать в себе черты Натальи Николаевны Гончаровой, думать о том, что Пушкин её любил, что обезображивать данную тебе от природы женственность - недостойно.
   И я понимаю, почему этот физико-математический лицей один из лучших в стране. Но редкий. Всё лучшее - редко. И только Пушкин - всегда, везде и для всех. Даже в самых безнадёжных случаях.
   С днём рождения, Александр Сергеевич!

вторник, 4 июня 2019 г.

"Чук и Гек"


   В первый июньский день - как и положено, холодный и пасмурный - посетили мы с Игоряном спектакль "Чук и Гек". Я давно держала его в голове, чуть ли ни с Игорянова рождения, ждала, когда подрастёт и надеялась - только бы не сняли с репертуара, уж очень хвалят, уж очень трудно купить билеты.
   И вот спектакль не сняли, Игорян подрос, билеты куплены заранее. И мы пошли. Мимо Центрального шли мы парка, в котором скрипели разом все качели, крутились и мигали все карусели. Люди входили в парк без воздушных шаров, а выходили с шарами - белыми, символизирующими окончательное наступление сибирского лета.
 - Мне шар не нужен! - поспешно и твёрдо сказал Игорян, прислушиваясь к скрежету "Лодки викинга" и восторженным крикам.
   И мы пошли мимо парка, мимо одуванчиков, мимо скульптуры "Деловая женщина" сомнительной художественной ценности, мимо ателье №1, мимо обязательной огромной лужи. Над головой у нас, зацепившись за электрические провода, висела пара старых и толстых зимних ботинок. Покачивалась на ветру. Видать, кто-то настолько сильно обрадовался наступлению лета, пережил восторг, сбрасывал надоевшее, топтал его, швырял от себя подальше - прямо в небо... Я бы на его месте так не спешила.

пятница, 31 мая 2019 г.

Музыка дождя

                                         На этот концерт
                                         Мы пройдём без билета.
                                         Концерт грандиозный
                                         По случаю лета,
                                         Которое завтра
                                         Наступит уже,
                                         По случаю лета
                                         Весь город - в дожде!
                                         Стучат по зонтам
                                         Торопливые капли,
                                         Бабахает гром,
                                         Как в злодейском спектакле,
                                         Но город в восторге
                                         От этой игры,
                                         И музыкой люди
                                         По уши мокры.

вторник, 28 мая 2019 г.

На юге Сибири

   В детстве значительную часть летних своих каникул я проводила на юге. На юге Новосибирской области. На горизонте плотно и таинственно стоял синий бор, и там уже начиналось Тридесятой Царство под названием Алтайский край. Там уже все лягушки были царевнами, а гуси-лебеди похитителями малых детей, там господствовали три разновеликих медведя. А в нашей деревеньке было спокойно и чаще всего солнечно. Ведь недаром юг.
   На нашей стороне стояли спокойные и необозримые пшеничные поля, колосилась кукуруза, у которой прямо из темени росла причёска "конский хвост", а вдоль забора стояли, как на картинке, подсолнухи - каждый размером с НЛО.
   В сумрачных и прохладных сенях бабушкиного дома незыблемо стоял мешок сушёных подсолнечных семечек. Настоящий, полноценный мешок, в каких возят муку и картошку. По-моему, он был бездонный. Каждое лето я черпала их него большие лёгкие полосатые семечки, шла с ними валяться под черёмухой и читать книжки.
   Семечки не убывали из года в год. И это я ещё не заглядывала в глубокий чёрный погреб с овощами, компотами и трёхлитровыми банками черносмородинного варенья... Однако таз вареников с картошкой врезался в память навсегда.
   Девичья фамилия моей бабушки была украинская. Каким образом её семья оказалась на сибирском юге, я, в общем, догадываюсь. И пока комитеты бедноты и батраков усиленно заседали, раскулаченным мироедам оставалось одно: вставать в пять утра и приниматься за работу. Из года в год, из века в век. Я вообще не помню такого факта, чтобы моя бабушка спала, даже просто чтобы она ходила - она всегда бегала. Но зато хорошо помню таз с варениками. О, как я его помню!